ПРОФЕССИЯ СУДЬИ НЕСЕТ В СЕБЕ НЕ ПРОСТО ВЫСОКУЮ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ, НО И КАЖДОДНЕВНУЮ БОРЬБУ С САМИМ СОБОЙ. ВЕДЬ КАЖДОЕ РЕШЕНИЕ НАХОДИТСЯ ПОД ПРИСТАЛЬНЫМ ВНИМАНИЕМ ОБЩЕСТВЕННОСТИ, И ЛЮБАЯ ОШИБКА МОЖЕТ ПРИВЕСТИ К НЕПОПРАВИВЫМ ПОСЛЕДСТВИЯМ.
Гостья сегодняшнего номера – Кайржан ИМАНОВА, высококвалифицированный специалист, защищающий права и интересы граждан в судебных разбирательствах. До этого она проработала в системе правосудия более 19 лет. Ее карьера начиналась с должности секретаря судебного заседания в Сатпаевском городском суде. Перед тем, как стать судьей, пришлось пройти немало жизненных испытаний – потерять супруга в молодом возрасте и остаться без поддержки с тремя несовершеннолетними детьми, много лет отчаянно бороться за жизнь из-за продолжительной болезни и работать в три смены в различных местах, чтобы дать своим чадам достойное образование. Однако трудности не сломили железную волю хрупкой женщины, наоборот, закалили характер и подарили надежду на завтрашний день. Об удивительных особенностях профессии юриста, нелегких буднях служителей Фемиды и невероятной любви к жизни читайте в нашем интервью.
– Кайржан Омирзаковна, расскажите, пожалуйста, немного о себе. С чего начинался ваш трудовой путь?
– Я родилась и выросла в простой семье. Мой отец, Турсунов Омирзак, работал ветеринаром, а мама, Дауренбекова Нуржамал, была учителем в сельской школе поселка Алихан Агадырского района Жезказганской области. С детства я мечтала стать судьей. Помню, когда училась в седьмом классе, я сказала отцу: «Я стану судьей и буду наказывать преступников». Точно не помню, в какой ситуации это произошло, но тот разговор оставил глубокий след в моей памяти и стал точкой отсчета моего профессионального пути. Моя трудовая деятельность началась с должности учителя русского языка и литературы в средней школе №3 г. Сатпаева Карагандинской области (ныне – Ұлытауская область). Однако мечта о юридической карьере оставалась со мной. Я окончила юридический факультет и начала работу главным специалистом – секретарем судебного заседания в Сатпаевском городском суде. Это был бесценный этап: настоящая школа жизни, где я училась анализировать правовые ситуации не только с позиции закона, но и через призму справедливости. В 2007 году не стало моего супруга – отца моих детей и моей надежной опоры. Я осталась одна с тремя детьми. Это был сложный период, но он стал и поворотным моментом: в 2008 году я решила осуществить свою давнюю мечту. Подала заявление на участие в конкурсе на должность судьи. Экзамен проходил в два этапа – тестирование и собеседование. По первому этапу я получила балл «5», по второму – «4» и была зачислена в кадровый резерв. Однако каждый год требования к кандидатам ужесточались. В 2011 году стало обязательным наличие степени магистра. Я поступила в магистратуру Университета «Болашақ» по очной форме, совмещая учебу с работой. В 2012 году получила диплом и звание магистра права, продолжая работать уже в Карагандинском областном суде. Понимая, что для судьи важно обладать широким кругозором, умением грамотно излагать мысли и богатым юридическим опытом, я на время покинула судебную систему и перешла работать в юридическую компанию. Там я занималась защитой прав и интересов компании в судах и государственных органах, что стало для меня новым профессиональным вызовом и бесценным опытом. С 2009 года я 15 раз приняла участие в конкурсе, это был очень сложный период и в 2014 году успешно его прошла и была назначена судьей Темиртауского городского суда. Позднее меня перевели в Балхашский городской суд Карагандинской области. Для меня работа в судебной системе – это не просто профессия. Это мое призвание, моя внутренняя потребность служить обществу, восстанавливать справедливость и обеспечивать верховенство закона. Быть судьей – значит принимать решения, от которых зависят судьбы людей, и нести полную ответственность за каждое из них. Я всегда стараюсь об этом помнить.
– Первые годы работы в судебной системе. Что особенно вам запомнилось?
– Первые годы работы в судебной системе – это период становления, роста и внутреннего взросления. Конечно, это было непросто. Особенно тяжело было осознавать, что каждое решение может кардинально повлиять на судьбу человека. Здесь нельзя ошибаться – ты несешь ответственность не только перед законом, но и перед обществом, перед совестью. Особенно запомнились дела с высокой социальной значимостью. Когда ты видишь, как твое решение помогает восстановить справедливость, защищает права человека, возвращает ему уверенность в праве – это дает невероятную профессиональную мотивацию. Именно в такие моменты понимаешь, насколько важна и ответственна роль судьи. Эти дела остаются в памяти надолго, потому что за каждым из них стоят живые люди, их боль, надежды и вера в справедливость.
– Быть судьей в Казахстане. Насколько это ответственная работа? В чем заключаются профессиональные сложности и почему вы решили уйти с этой должности?
– Быть судьей – это не просто высокая ответственность, это постоянный вызов себе и системе. Ты ежедневно принимаешь решения, которые влияют на судьбы людей. Одна из сложностей – сохранять полную беспристрастность в условиях общественного давления или информационного фона. Иногда приходится принимать решения, которые кажутся несправедливыми с человеческой точки зрения, но полностью соответствуют закону. Или, наоборот – решения, которые общество может не принять, но они правовые. В таких ситуациях и проявляется зрелость и ответственность судьи. Бывают случаи, когда внутренне ты ощущаешь, что справедливость требует одного, а закон диктует другое. Или когда принимаешь законное решение, которое не совпадает с ожиданиями общества. Это один из самых трудных моментов, где особенно важно сохранить беспристрастность и верность профессиональному долгу. Иногда судье приходится балансировать между буквой закона и духом справедливости. И хотя окончательное решение должно основываться на законе, именно способность осознавать эту грань и принимать обоснованные решения говорит о профессиональной зрелости судьи. Не все законные решения воспринимаются обществом положительно и не все справедливые с точки зрения обывателя могут быть реализованы в рамках закона. Тем не менее именно способность идти по этому тонкому пути отличает настоящего судью. Еще одна сложность – это эмоциональная нагрузка. Не все дела оставляют тебя равнодушным. Особенно тяжело рассматривать дела, связанные с детьми, насилием, человеческими трагедиями. Несмотря на внешнюю строгость и официальность, за каждым судьей – живой человек, который переживает каждое дело внутри себя. Работая судьей, ты живешь в режиме постоянной внутренней дисциплины и ответственности. Мое решение уйти из судейского корпуса было осознанным – я почувствовала необходимость сменить профессиональный вектор, чтобы работать ближе к гражданам и их реальным правовым потребностям. В какой-то момент я поняла, что могу быть полезной обществу в другой роли – где можно не только выносить решения, но и активно участвовать в формировании правовой культуры, помогать людям понимать и защищать свои права еще до того, как они столкнутся с судом. Это не отказ от ответственности – это ее переосмысление и продолжение в новом формате.
– Республика Казахстан – правовое государство. Это утверждение соответствует действительности, на ваш взгляд?
– Правовое государство невозможно построить только усилиями государства – важна активная гражданская позиция самих людей, их правовая грамотность и готовность защищать свои права законными методами. Мы наблюдаем положительные изменения в этом направлении: все больше граждан обращаются в суды, участвуют в общественном контроле, формируют запрос на справедливость и подотчетность власти. За последние годы Казахстан реализовал ряд существенных реформ в области правосудия – внедрение административной юстиции, усиление института конституционного контроля, цифровизация судопроизводства. Эти меры направлены на повышение доступности и прозрачности правосудия. Да, многие реформы еще требуют качественной реализации на местах, но вектор развития задает позитивные ожидания. Сложности, безусловно, остаются – от коррупции до избирательного применения норм закона. Но важно, что о них начали открыто говорить, в том числе на государственном уровне. Признание проблем – это уже шаг вперед. Правовое государство – это не результат, а процесс. И для Казахстана сегодня важно не просто создавать новые институты, а выстраивать целостную правовую культуру. Я считаю, что мы идем в правильном направлении. Одним из таких важных шагов стало принятие Административного процедурно-процессуального кодекса Республики Казахстан, который вступил в силу в 2021 году. Он стал прорывом в защите прав физических и юридических лиц в отношениях с государственными органами. АППК обеспечил новый уровень правовой определенности, ввел презумпцию добросовестности граждан, обязал госорганы мотивировать свои решения и доказывать их законность в суде. Это усилило реальную состязательность в административных делах, приблизило судебную систему к принципам европейского правосудия. Конечно, остаются вызовы – от качества правоприменения до независимости отдельных элементов системы. Но у нас есть фундамент – и он работает. Правовое государство – это не результат, а путь, и такие реформы, как внедрение АППК, подтверждают, что Казахстан движется в правильном направлении. Как человек работавший в судебной системе я сама видела, насколько важным стал этот кодекс для защиты интересов граждан в спорах с административными органами. Он стал настоящим инструментом баланса между властью и обществом.
– Сейчас вы – частнопрактикующий юрист. Насколько отличается эта работа от судейской, особенно в плане нагрузки?
– Отличается кардинально. В суде ты – арбитр, ты выслушиваешь стороны, оцениваешь доводы и доказательства с позиции нейтрального закона, стремишься к балансу и справедливости. Сейчас же я нахожусь «на передовой» – защищаю интересы клиента, анализирую доказательства, формирую правовую позицию, ищу нестандартные решения. Это совершенно иной угол зрения и иная юридическая тактика. Нагрузка, безусловно, высокая – но она иного рода. Это постоянная мобильность, многозадачность, работа с эмоциями людей, личная вовлеченность в исход дела, нередко – ожидания немедленного результата. Приходится не только применять закон, но и быть психологом, стратегом, переговорщиком, медиатором. Но в этом и есть ценность профессии – возможность быть полезной конкретным людям здесь и сейчас, видеть результат своей работы напрямую, чувствовать обратную связь. Эта работа требует не меньшей глубины анализа, но большей гибкости и готовности к нестандартным ситуациям.
– Как вы оцениваете инициативу по внедрению отдельной кассационной инстанции?
– Это важный и своевременный шаг. Кассация – это уровень, на котором должен быть обеспечен единый подход к толкованию закона. Создание специализированной кассационной инстанции помогает усилить правовую определенность, снизить количество судебных ошибок и, главное, повысить доверие к правосудию. Кроме того, новая модель кассации способствует реализации принципа справедливости, так как дает сторонам еще одну процессуальную возможность пересмотра судебных актов, принятых с нарушением норм материального или процессуального права. В условиях реформирования судебной системы и повышения требований к качеству судопроизводства кассационная инстанция становится своеобразным «фильтром» для отсеивания ошибок, допущенных на предыдущих стадиях. Следует также отметить, что в рамках Административного процедурно-процессуального кодекса (АППК) кассационная инстанция играет важную роль в защите публичных интересов и обеспечении надлежащего контроля за действиями (бездействием) органов власти. Это особенно важно в контексте укрепления верховенства закона и обеспечения прав граждан в спорах с государством. При грамотной реализации и при условии высокой квалификации судей, отдельная кассационная инстанция может стать действенным инструментом по формированию качественной, устойчивой и предсказуемой судебной практики, что в конечном итоге укрепит правовое государство.
– Что бы вы изменили в нынешней судебной системе? Какие проблемы, по-вашему, еще ждут решения?
Основная проблема – это доверие. Оно формируется не лозунгами, а конкретными действиями: через открытость судебной системы, высокий уровень профессионализма и подлинную независимость судей. Безусловно, необходимо работать над повышением имиджа судебной власти – но не через PR, а через реальные изменения в практике. Я бы сосредоточила внимание на реформировании дисциплинарной ответственности судей. Этот механизм должен быть не только справедливым, но и абсолютно прозрачным для общества. Сейчас наблюдается либо излишняя закрытость, либо формальный подход, что подрывает доверие к кадровым решениям внутри системы. Второй важный блок – это постоянное и системное повышение квалификации судей. Судья должен быть не только знатоком закона, но и обладать высоким уровнем эмпатии, умением работать с конфликтами, с эмоциями сторон, понимать социальный контекст дел. Кроме того, повышение правовой культуры сторон – адвокатов, прокуроров, представителей госорганов – также критично для качества судопроизводства. Цифровизация – безусловный приоритет, но при этом важно сохранить баланс: автоматизация должна служить делу, а не превращать правосудие в «конвейер». Судебный процесс – это не формальность, а живая работа с судьбами людей. Поэтому цифровые решения должны быть умными, гибкими, с ориентацией на результат. Особое внимание, по моему мнению, следует уделить обеспечению равного доступа к правосудию. Это касается не только жителей отдаленных регионов, но и социально уязвимых категорий граждан: инвалидов, пожилых людей, матерей-одиночек, жертв домашнего насилия. Их права зачастую оказываются не защищены не из-за отсутствия закона, а из-за недоступности механизмов его реализации. Также остается актуальным вопрос усиления судебного контроля за действиями государственных органов, особенно в рамках административного юрисдикционного процесса. Здесь потенциал АППК пока не раскрыт в полной мере, и многое зависит от позиции судов – насколько они готовы выполнять активную роль в защите прав граждан. В целом судебная система Казахстана находится в стадии развития. Есть позитивные шаги, но необходимо больше решимости, системности и открытости к изменениям. Только так можно сформировать по-настоящему эффективное, справедливое и уважаемое судопроизводство.
– Ваши планы на будущее. Планируете ли вернуться в судебную систему?
– Никогда не говорю «никогда». Я глубоко уважаю судейскую профессию и не исключаю, что когда-нибудь вернусь в судейский корпус – если почувствую внутреннюю готовность и необходимость для самой системы. Пока же я искренне верю, что могу быть полезной обществу, оказывая квалифицированную юридическую помощь гражданам, защищая их права и интересы. Важно отметить, что труд судьи, к сожалению, все еще не всегда оценивается по достоинству – ни в профессиональном, ни в общественном восприятии. Судья ежедневно принимает решения, от которых зависят человеческие судьбы, и эта колоссальная ответственность требует не только глубоких знаний, но и высочайшей нравственной устойчивости. Общество должно понимать цену этой профессии, а государство – создавать условия, при которых судья будет по-настоящему независимым и защищенным. Я надеюсь, что судебная система Казахстана будет меняться в лучшую сторону – становиться более открытой, профессиональной и независимой. У нас есть достойные судьи, есть фундамент для развития. С каждым годом происходит укрепление институтов, внедряются цифровые решения, повышаются требования к качеству правосудия. И если в будущем я смогу внести свой вклад в эти позитивные изменения внутри системы – я буду готова вернуться. На данном этапе своей карьеры я нахожусь на важной точке – рядом с людьми, с их болью, страхами и надеждами. Это делает мою работу не менее ответственной, чем судейская, и я ценю этот опыт как еще одну форму служения Закону и справедливости.
Беседовал Ришат МАХСУТОВ
