СЕГОДНЯ ПРЕДПРИНИМАТЕЛЬСТВО – ГЛАВНАЯ ДВИЖУЩАЯ СИЛА, ОБЕСПЕЧИВАЮЩАЯ СОЦИАЛЬНОЕ БЛАГОПОЛУЧИЕ СТРАНЫ, БЛАГОДАРЯ ЕМУ СОЗДАЮТСЯ РАБОЧИЕ МЕСТА, А БЮДЖЕТ НАПОЛНЯЕТСЯ НАЛОГОВЫМИ ПОСТУПЛЕНИЯМИ. В ЭТОЙ СВЯЗИ ОБЕСПЕЧЕНИЕ ПРАВОВОЙ БЕЗОПАСНОСТИ БИЗНЕСА ЯВЛЯЕТСЯ СТРАТЕГИЧЕСКОЙ ЗАДАЧЕЙ, ПРЯМО ГАРАНТИРУЮЩЕЙ СОХРАНЕНИЕ ЭКОНОМИЧЕСКОГО СУВЕРЕНИТЕТА ГОСУДАРСТВА. ЕСЛИ ПРЕДПРИНИМАТЕЛЬ НЕ УВЕРЕН В ТОМ, ЧТО ЕГО ИНВЕСТИЦИИ ЗАЩИЩЕНЫ ЗАКОНОМ, ПРИТОК ВНЕШНЕГО КАПИТАЛА В СТРАНУ СТАНЕТ НЕВОЗМОЖНЫМ.
Правовое неравенство между бизнесом и государством либо несправедливость судебной системы создают прямую угрозу национальной безопасности. Этому есть несколько причин. Первая – отток капитала за рубеж. Если отечественные предприниматели не чувствуют правовой защиты в своей стране, они начинают переводить активы в офшорные зоны или в государства со стабильной правовой системой. Это приводит к ослаблению национальной валюты и инвестиционному дефициту. Вторая – ухудшение инвестиционного климата. Внешние инвесторы принимают решения, ориентируясь на верховенство закона и качество исполнения судебных решений в стране. Недоверие к судебной системе снижает авторитет государства в международных рейтингах. Третья – рост теневой экономики. Бизнес, не имеющий возможности защитить свои интересы правовыми механизмами, склоняется к коррупции и пытается решать проблемы «неофициальными» путями. Это ведет к разложению государственных институтов. По данным Генеральной прокуратуры Казахстана и института Уполномоченного по защите прав предпринимателей, ежегодно выявляются тысячи фактов нарушения прав предпринимателей. Факты необоснованных проверок и искусственного возбуждения уголовных дел со стороны государственных контрольно-надзорных органов до сих пор полностью не искоренены. В связи с этим поручения Президента о «защите бизнеса от необоснованного уголовного преследования» и «пресечении незаконных проверок» напрямую направлены на укрепление национальной безопасности. С момента обретения Независимости Казахстан сделал приоритетом построение рыночной экономики и защиту бизнеса. Однако на протяжении многих лет в правовых спорах наблюдалось монопольное преимущество государственных органов (особенно в сферах налогообложения, таможни и земельных отношений). Важным шагом, коренным образом изменившим эту тенденцию, стало принятие Административного процедурно-процессуального кодекса и создание специализированных административных судов. До введения АППК вероятность победы предпринимателей в судах против государственных органов не превышала 10–15 процентов. С внедрением новой системы этот показатель кардинально изменился.
Согласно статистическим данным Верховного Суда, в настоящее время около 60 процентов исковых заявлений, поданных против государственных органов в административных судах, удовлетворяются в пользу предпринимателей и граждан. Это большой прорыв в истории казахстанской судебной системы и главный инструмент повышения доверия предпринимателей. Особенно в налоговых и таможенных спорах административные суды возложили на чиновников обязанность доказывать законность решений государственного органа (бремя доказывания). Это существенно ограничило возможности государственного аппарата оказывать необоснованное давление на предпринимателей. Одной из наиболее сложных и часто встречающихся сфер, наносящих ущерб правовой безопасности бизнеса, являются земельные отношения. На протяжении многих лет местные исполнительные органы (акиматы) в одностороннем порядке изымали у предпринимателей земельные участки под предлогом «неиспользования по целевому назначению» или «несвоевременного освоения», ставя бизнес в тупик. Это повышало коррупционные риски и создавало серьезную угрозу стабильности инвестиций. С момента вступления АППК в силу судебная практика в этом направлении также приобрела новый вектор. В настоящее время более половины жалоб на решения акиматов и земельных инспекций, связанных с земельным законодательством, удовлетворяются в пользу предпринимателей. Однако досадных случаев по-прежнему немало. Примером может служить судебная тяжба, которую переживает ТОО «Рауан» в Туркестанской области. Истцом здесь выступает Департамент по управлению земельными ресурсами Туркестанской области. Апелляционная судебная коллегия по гражданским делам, рассмотрев апелляционную жалобу ответчика на решение Специализированного межрайонного экономического суда Туркестанской области от 22.05.2026 года о признании недействительными договора аренды земельного участка №101 от 07.12.2001 года, заключенного между акиматом сельского округа Дербисек и ТОО «Рауан», а также договора аренды земельного участка №798 от 18.05.2010 года, заключенного между государственным учреждением «Отдел земельных отношений Сарыагашского района» и товариществом, оставила решение суда первой инстанции без изменения. По словам руководителя отдела по защите прав предпринимателей и снижению административных барьеров НПП «Атамекен» Туркестанской области Сержана Сартбаева, из материалов дела, представленных ответчиком, следует, что спорный земельный участок площадью 0,15 га был предоставлен ТОО «Рауан» на основании решения акима сельского округа Дербисек №98 от 5 декабря 2001 года, на основании которого 7 декабря 2001 года был заключен договор аренды земельного участка №101, а впоследствии 18 мая 2010 года оформлен договор №798. При этом решение акимата №98 по существу данного дела незаконным не признавалось. Определением суда от 22 мая 2026 года производство по требованию о признании указанного решения недействительным было прекращено. В связи с этим Палата предпринимателей Туркестанской области обратила внимание на необходимость при признании договоров недействительными надлежащим образом оценивать правовые последствия административного акта, послужившего основанием для их заключения. – ТОО «Рауан» не является лицом, самовольно захватившим или тайно использовавшим спорный земельный участок. Субъект предпринимательства на протяжении более 25 лет открыто и непрерывно пользовался земельным участком, опираясь на официальное решение государственного органа, последующие письменные договоры и оформленные кадастровые документы. То есть товарищество не захватывало землю самовольно, а получило ее на основании официального решения государственного органа, заключило письменный договор аренды, оформило кадастровые документы, а позднее, в 2010 году, заключило еще один договор аренды с государственным органом. Кроме того, государственные органы более 25 лет знали об этом использовании, в течение этого периода товарищество пользовалось землей открыто, а не тайно, и требование о незаконном использовании было предъявлено лишь спустя 25 лет. В такой ситуации должны учитываться принципы доверия предпринимателя к решениям, принятым самим государственным органом, правовой определенности и законных ожиданий. В административном процедурно-процессуальном законодательстве закреплен принцип защиты доверия к деятельности административного органа. Ограничение прав предпринимателя, сформировавшего свое правовое положение на основании решения государственного органа, по истечении длительного времени без надлежащей правовой и процессуальной оценки негативно влияет на стабильность предпринимательской деятельности. Кроме того, вопрос о возложении в полном объеме последствий возможных правовых нарушений, допущенных государственным органом при предоставлении земельного участка, на предпринимателя, не участвовавшего в их совершении и добросовестно доверившегося акту государственного органа, должен был быть всесторонне оценен апелляционным судом, – отмечает руководитель отдела по защите прав предпринимателей и снижению административных барьеров Сержан Сартбаев. В настоящее время ответчик, не согласившись с этим решением, обратился с жалобой в Кассационный суд. Если решение останется без изменения, под угрозой окажется работа производственного предприятия с историей более четверти века, которое ежегодно вносит в бюджет налогов на сумму 1,5 млрд теңге, обеспечивает постоянной и дополнительной работой несколько сотен человек и экспортирует продукцию не только на внутренний рынок, но и в соседние страны. Кроме того, будут нарушены права добросовестного землепользователя, инвестиции предпринимателя в производство понесут убытки, запланированные новые рабочие места не будут созданы, а социально-бытовое положение сотен семей, оставшихся без работы, может ухудшиться. У этой проблемы есть и другая острая сторона. В соответствии с Гражданским кодексом и законодательством «Об инвестициях», инвестор вправе требовать возмещения реальных убытков и упущенной выгоды (неполученного дохода), причиненных незаконным решением государственного органа. Ответственность за возмещение ущерба несет не конкретный государственный орган, принявший незаконное решение, а государство за счет бюджета. К сожалению, по действующему законодательству в таких случаях объем ущерба, причиненного государству такими спорными вопросами, пока никем не подсчитывается.
Ерлік ЕРЖАНҰЛЫ, «Заң газеті»
