УШЕДШИЙ В ИСТОРИЮ 2025 ГОД ОСТАВИТ В ПАМЯТИ ГРОМКИЕ СКАНДАЛЫ, В ТОМ ЧИСЛЕ СВЯЗАННЫЕ С ЗАДЕРЖАНИЯМИ РЯДА ПРЕДСТАВИТЕЛЕЙ СМИ. ОБВИНЕНИЯ РАЗНЫЕ, НЕ БУДЕМ НАЗЫВАТЬ ИМЕНА И ВДАВАТЬСЯ В ПОДРОБНОСТИ, СЕГОДНЯ ЭТО УДЕЛ СООТВЕТСТВУЮЩИХ ОРГАНОВ. ИЗВЕСТНО ЛИШЬ, ЧТО ФИГУРАНТОВ ПОМЕСТИЛИ ПОД ДОМАШНИЙ АРЕСТ…
Данные события стали поводом для активной общественной дискуссии относительно того, к чему может привести ограничение свободы слова журналистов и блогеров, и в целом о роли свободы слова, на которой, как известно, держатся подотчетность власти, право общества на информацию и способность к самокоррекции. В СМИ даже появилось голосование на тему: «Как обстоят дела со свободой прессы в Казахстане?», где есть пункт: критика власти и бизнес-структур – опасная практика. Общая тональность всей повестки в этом направлении говорит о последствиях, которые могут оказаться негативными для общественного диалога, отразиться на демократических институтах, росте коррупции и безнаказанности, а в конечном итоге – утрате самих основ открытого и справедливого общества. Это рождает турбулентность. Стоит оно того? И почему цивилизованное и толерантное общество должно опасаться мнений, самых разных, может, подчас ошибочных? Надо честно признать, и это не секрет, что у отдельных СМИ, либо отдельных блогеров есть свои хозяева, заказчики, которые диктуют свои правила, используя их в виде инструментов влияния, и им в угоду звучат отдельные манипулятивные высказывания, идут вбросы, передергивание фактов, наносится намеренный урон чьей-то деловой репутации. Это явление трудно отрицать, и оно показывает, что все покупается и продается, слово – тоже. Вопрос другой – об ответственности в медиапространстве. Феномен «купленного слова» не нов, и в цифровую эпоху приобрел беспрецедентные масштабы. Алгоритмы социальных сетей усиливают поляризацию, сенсационность превалирует над глубиной анализа. К сожалению, это реальность современного информационного ландшафта, что рождает споры и серьезные вопросы о природе медиа, этике и общественном доверии. Когда медиаресурсы становятся проводниками сугубо чьей-то воли, нарушаются фундаментальные принципы журналистики: объективность, проверка фактов и служение общественным интересам. Вместо этого мы видим тенденциозный отбор информации, манипулятивные формулировки и сознательное искажение контекста. Особенно тревожной становится практика целенаправленного нанесения ущерба деловой репутации, превращая журналистику в оружие конкурентной борьбы, публичного очернения неугодных. Однако было бы ошибкой делать из этой проблемы универсальные выводы о всей медиа сфере. Наряду с ангажированными источниками существуют и профессиональные издания, придерживающиеся стандартов, и независимые блогеры, ценящие свою репутацию.
И обществу, как потребителю информации, еще предстоит научиться распознавать манипуляции, осознавая риски, которые они несут. Слово не может служить инструментом нечестного влияния, разборок с помощью ботов. Подобные факты и явления не должны отразиться на честной и принципиальной журналистике, которая изо дня в день дает объективный анализ положения дел, находит и указывает на недостатки. А их у нас много. Но видя складывающуюся ситуацию, невольно возникают мысли о самоцензуре, об уязвимости профессионального сообщества. Закрадываются сомнения: может, лучше промолчать, не высовываться? Но как подчеркивал Генеральный секретарь ООН Антониу Гутерриш, «когда журналистов заставляют молчать, мы все теряем голос». Инструменты подавления инакомыслия, по которым могут привлекать журналистов зачастую прикрываются интересами защиты государственной безопасности, борьбы с дезинформацией, дискредитацией и клеветой. Кто захочет, может подтянуть любую информацию, противоречащую определенной официальной позиции, как повод для правового преследования, раздув до уголовного дела? Ведь не случайно Европейский суд по правам человека постановил, что такие практики нарушают свободу выражения мнений, поскольку «ограничение распространения сведений о предполагаемых злодеяниях служит лишь тому, чтобы скрыть преступления от тщательного расследования».
Так, мирному выражению мнений придается «охлаждающий эффект», заставляя заниматься самоцензурой, быть лояльным ко всему, закрывать глаза на недостатки. Но одинаково думать невозможно, потому что все мы разные. Свобода слова в устах независимых журналистов дарит обществу плюрализм мнений. Однако есть немало примеров в разных странах, когда произвольные ограничения привели к информационному вакууму, лишив рациональной основы для общественного диалога и политического выбора. Тем для острых публикаций у нас достаточно. Выхлопы по ним мы видим на страницах социальных сетей, где звучат мнения о недостатках, коррупции, экологических катастрофах и других проблемах. Это не всем и не всегда нравится, что приводит к давлению со стороны тех, чьи интересы были задеты, когда обнародованные факты напрямую угрожают могущественным корпорациям или отдельным чиновникам. Реакция известна, хотя именно независимый журналистский контроль обращает внимание на негативные явления. Конституция страны в статье 20 провозглашает: «Конституция Республики Казахстан гарантирует свободу слова и творчества: «Свобода слова и творчества гарантируется. Цензура запрещается. Каждый имеет право свободно получать и распространять информацию любым, не запрещенным законом способом» за исключением государственных секретов Республики Казахстан, определенных законом, а также пропаганды или агитации насильственного изменения конституционного строя, нарушения целостности Республики, подрыва безопасности государства, войны, социального, расового, национального, религиозного, сословного и родового превосходства, а также культа жестокости и насилия. В целом это можно расценивать, как долгосрочную политику на свободу слова, так как независимое и правдивое слово является важнейшим элементом системы сдержек и противовесов, инструментом контроля. В современную эпоху цифровые платформы стали ключевыми каналами распространения информации, и вдохнув воздух свободы, люди выпускают в них пар, который в бурлящем котле сдерживать неразумно. Журналисты изданий надеются на редакционную независимость, и ограничения не просто нарушают их профессиональные права, но и могут породить страх и культуру молчания. Молчание журналистов, преследование за их мнение может обречь на жизнь во лжи, несправедливости. Поэтому защита свободы слова не может быть привилегией, а необходимым условием выживания и развития. Государство должно проявить политическую волю, чтобы сохранить воздух свободы, взять под защиту честных и принципиальных журналистов, которые не могут молчать, потому что это в самой природе их профессии. В любом самом строгом законе должен быть луч надежды…
Демократические устремления нашей страны – это политический тренд, не допускающий жесткое отношение к журналистам. В этом плане давно ставится вопрос декриминализации статьи о клевете, под которую люди с большими возможностями могут подвести любое высказывание. При контроле над информационным пространством нужны конституционные гарантии, соразмерность, разумность и баланс, чтобы исключительные инциденты не превратились в системную практику административного и бюрократического давления по устранению критики. Ведь не случайно в Закон «О масс-медиа», вступившем в силу в 2024 году, введено понятие «особого статуса журналиста», и очень хочется, чтобы это не было просто декларацией. Даже если затронуты чьи-то интересы, ведь это можно рассмотреть в конструктивном, переговорном и медиабельном русле, проявив великодушие, не подводя практически любую критику или журналистское расследование под «распространение ложной информации». Учитывая, что для неудобных материалов у нас еще много поводов. И разве публичная дискуссия, в которой задают тон журналисты, не делает их помощниками власти как всевидящее око, чем надо дорожить, не допуская перегибы, и не давая их в обиду за разнообразие мнений и правду. Это нелегкий труд, требующий не только профессионального таланта, но и смелости, честности.
Иначе видя, что происходит с коллегами, другие журналисты и блогеры будут вынуждены либо уходить в безопасные темы, в тень, либо вовсе подадутся куда-то. То, что казалось невозможным, становится реальным. Этот процесс можно сравнить с действием «окна Овертона», согласно которому идеи, когда-то казавшиеся совершенно немыслимыми, постепенно превращаются в приемлемые – под воздействием повторения, обсуждения, медийного принятия они начинают медленно смещаться к «разумным» и, наконец, «нормальным». Та же тема коррупции, еще вчера вызывавшая общественное осуждение, сегодня может обсуждаться как часть публичной повестки, от недопустимого до обыденного, если была совершена «не преследуя злого умысла». Такая трансформация может произойти и с правом на свободу слова, выражения мнений, достаточно сдвинуть границы общественного принятия.
P.S. Мир в эти дни еще раз показал, что немыслимое может стать возможным. Он показал свою хрупкость и востребованность постепенных изменений, равноправия и защиты, сознательного выбора пути, который ведет к идеалам свободы и уважения, как основы жизни и существования каждого человека, в какой бы стране он ни жил.
Акмарал АБДУЛОВА
