В ВОРОНКУ МОШЕННИЧЕСТВА В НАШЕЙ СТРАНЕ ПОПАДАЮТ НЕ ТОЛЬКО ОТДЕЛЬНЫЕ ЛЮДИ, НО И ГРУППЫ ГРАЖДАН. ОЧЕРЕДНАЯ ИСТОРИЯ, НОВЫЙ СКАНДАЛ, КОТОРЫЙ ОБЕРНУЛСЯ УГОЛОВНЫМ ДЕЛОМ.
Родители детей, поверившие в обещания съемок в кино, сегодня требуют возврата крупных сумм – до 1,6 млн тенге с семьи. Инцидент уже дошел до уголовного расследования, которое ведется в отношении одной из киностудий, активно рекламировавшей в социальных сетях платные кастинги для детей. В рекламных роликах снимались известные казахстанские актеры. Итак, стоимость «путевки в большое кино» составляла от 1,5 до 1,6 млн тенге с каждого ребенка. Некоторые родители, поверив в будущее своих детей, брали для этого кредиты. Пострадавших в Алматы насчитывается около сотни, в Шымкенте – не меньше 16 семей. В итоге родители создали общий чат – у всех на руках договоры со студией и чеки об оплате. Они написали коллективное заявление в полицию. Родители сообщили, что их завлекали обещаниями: съемки в настоящих кинопроектах, участие в премьерах и красная дорожка, а также личное знакомство со знаменитостями, вручение статуэток, напоминающих «Оскар». Кастинги проводились в Алматы и Шымкенте, и, по словам пострадавших, одобрение получали практически все дети. Организаторы использовали классические приемы манипуляции: требовали принять решение немедленно, давили на чувство вины, убеждая сомневающихся, что родители должны поддерживать талантливого ребенка. Реальность оказалась совсем иной: обещанные серьезные профессиональные съемки так и не состоялись. Дети успели пройти лишь несколько занятий, которые проводили не известные актеры, а выпускники театральных училищ. После этого офис компании закрылся, представители перестали выходить на связь. Ряд известных казахстанских актеров однозначно назвали происходящее мошенничеством и призвали родителей критично относиться к подобным сомнительным предложениям. Полиция Алматы возбудила уголовное дело по факту мошенничества. В пресс-службе Департамента полиции сообщили: «По данному факту управление полиции Бостандыкского района возбудило уголовное дело. Проводится комплекс следственных мероприятий». Обращения пострадавших зарегистрированы и в Шымкенте. Сообщается, что ранее руководитель студии обещал вернуть деньги, однако сейчас перестал выходить на связь. На автоответчике компании появилось сообщение о «временных финансовых сложностях» и приостановке проекта. В нем говорится, что компания не отказывается от обязательств и рассматривает варианты частичного возврата средств или завершения проекта после стабилизации. Скандал вокруг киностудии обнажил давнюю проблему: мошенники активно используют имена известных людей, играют на родительских амбициях, чтобы выманивать крупные суммы. Хотя, как известно, в настоящем кинобизнесе за работу платят актерам, а не наоборот. итостей, чьи имена и образы становятся прикрытием для откровенного мошенничества. На данный момент пострадавшие надеются на справедливое расследование и возврат денег, а полиция продолжает следственные мероприятия. Сегодня можно констатировать факт – мечта о кино уже не раз становилась ловушкой для детей и их родителей, которые проявили наивность и доверчивость, поверив в заманчивую идею попасть в кино или рекламу. Многим из них показалось, что это шанс получить реальную путевку в жизнь для их ребенка. Так, тщеславие взрослых создало благодатную почву для циничных манипуляций. Мошенническая схема с псевдокиностудией, проводящей кастинги, превратилась в способ отъема денег. Хотя внешне все вроде бы выглядит безупречно. Поиск юных дарований через объявления и таргетированную рекламу, безобидное с виду приглашение на кастинг и в будущем – на роли в фильмах. Да и условия просты – нужны дети от пяти до 12 лет, артистичные, фотогеничные. Как не откликнуться? Представляю картину: массовые пробы, толпы взволнованных родителей, нарядные детишки. Ажиотаж, одним словом. Суета организаторов. Сарафанное радио: мы пошли на кастинг, а вы? Студенты театральных вузов взамен обещанных актеров, которые учат изображать эмоции. Семьи, с нетерпением ожидавшие результатов. Каждому ведь сказали, что их ребенок талантлив, с природной харизмой. Актерское будущее почти в руках, только вначале надо оплатить. И родители платили, получив на руки квитанцию, расписание занятий. Но вскоре связь с «большим кино» обрывается. «Актерские курсы» оказываются любительским кружком, без обещанных киносъемок. Контора исчезает. Цинизм этой схемы в том, что она не просто крадет деньги, а веру и надежды – у детей в первую очередь, которым взрослые преподали урок теневой стороны нашего повседневного бытия. Семьи, искренне поверившие в проект, столкнулись с жестоким разочарованием. Получив удар по кошельку, родители почувствовали себя обманутыми, распрощавшись с желанием дать своему чаду светлое киношное будущее. Ситуация сформировала неверное представление о творчестве: что оно не требует труда, а покупается за деньги. С бокового входа. Сколько таких схем уже было? Разбившиеся родительские амбиции, тщеславие, обернувшееся обманом. Как говорится: хотели, как лучше, получилось как всегда… Для многих – это горький урок, что рождает закономерный вопрос: а разве у подобных «киностудий» не должно быть лицензии на право обучать, проводить кастинги? Почему искусство сопряжено с коммерцией? Куда смотрят регуляторы этой сферы? История взбудоражила, появились многочисленные гневные отзывы в соцсетях. О своем разочаровании известным актером, чье имя стало брендом данной киностудии, написал Askar Kaimakov: «Прошлой осенью он распространил в соцсетях ролик, где призывал детей пройти кастинг и сняться в его фильме. Моя дочка кастинг успешно прошла, ее похвалили, но тут же заявили, что надо заплатить 1,5 млн тенге за подготовку к съемкам и сами съемки. Так как дочка сильно хотела, выбора не было, и я заплатил. Обещали главную роль, подъезд на лимузине и выход по красной дорожке. Однако ничего этого не случилось. Дочка за зря два или три месяца ходила туда на курсы актерского мастерства (которые были вообще ни о чем), и вот недавно объявили, что никаких съемок не будет. Потом выяснилось, что всех детей нахваливали на кастинге и всем обещали главную роль. В итоге – потратили кучу времени и расстались с деньгами. Дочка расстроилась». Майя Бектұрсынқызы предлагает: «Надо такие типа агентства на мониторинг взять и прикрыть лавочки эти. Они все занимаются мошенничеством и аферой». Oleg Lvov сообщил, что «это же слышал примерно год назад, всю эту цепочку. Стало быть, процесс идет уже много лет. Похожее было в 1998 году, там брендом выступал известный фотограф». Своей историей поделился и Алимжан Тохтахунов: «Честно говоря, удивлен. Там же за версту видно было разводняк. Он древний как… мамонт. Еще 25 лет назад моя старшая участвовала в конкурсе мисс «Очаровашка». Там были и реальные конкурсы, и фото портфолио и календари, и концерт с вручениями призов. У дочки тоже была номинация, 2-е место. Все было по-настоящему. Но через неделю после конкурса начались звонки. С приглашением сниматься в рекламе и кино. Но… через обучение. Навел справки по своим каналам: обучение пять тысяч баксов и никаких гарантий. Из 200 детей по факту в рекламе снялись трое. И то дети не последних людей в городе. Потом несколько лет названивали, зазывали». Zhanna Assanova вспоминает: «Это еще в 2007-х началось, мы со старшей были на таком кастинге, и нам объявили, что мы прошли. Радости ребенка не было предела. А потом мне сказали надо оплатить столько то, не помню сколько, но у нас таких денег не было. В итоге мне пришлось приложить массу усилий и фантазий, чтобы моя шестилетняя дочь не получила психотравму и разочарование. Зато все это получила я. Жаль, что тогда не было соцсетей как сейчас. Мы просто молча проглотили»… «Входные суммы» за прокат казахстанских фильмов В сфере киноиндустрии появились и другие вопросы. Департамент Агентства по защите и развитию конкуренции сообщил, что «в Алматы у сети кинотеатров Kinopark – Kinoplexx Theatres нашли признаки нарушения антимонопольного законодательства». Они заключались в том, что «от казахстанских кинопроизводителей требовали оплачивать рекламный бюджет, без которого фильмы просто не допускали к показу в сети: чтобы попасть в прокат, создателям отечественного кино приходилось сначала заплатить «входные суммы». По мнению антимонопольного ведомства, такие условия ограничивали конкуренцию, мешали выходу новых фильмов на рынок и били по развитию казахстанского кинематографа, который итак сегодня переживает непростой период. С одной стороны, мы видим рост интереса к национальному продукту, появление фильмов, собирающих полные залы, и признание на международных фестивалях. С другой стороны, факты, обнародованные антимонопольным ведомством, обнажили системную проблему, которая годами душила отрасль на корню. Выяснилось, что попадание отечественного фильма в широкий прокат зависело не от его художественной ценности или ожидаемого зрительского интереса, а от способности производителя оплатить так называемый «рекламный бюджет» киносетям. По сути, рынок оказался закрыт за «входными суммами», что превратило искусство в бизнес с непрозрачными правилами игры. Образно говоря, отечественные фильмы допускали на экран с условиями, открыв дверь с «бокового» входа. Проблема, обозначенная антимонопольным ведомством, лежит в плоскости не столько коррупции (хотя, и она не исключена), сколько нарушения базовых принципов рыночной экономики и защиты конкуренции. В здоровой рыночной среде кинотеатры заинтересованы в контенте: чем больше качественных фильмов, тем выше посещаемость. Однако практика, при которой прокатчик требует с производителя оплатить рекламное сопровождение, как условие допуска к сеансам, переворачивает эту логику с ног на голову. Кинопроизводитель оказывается в положении просителя, вынужденного платить не за результат (кассовые сборы), а за возможность участвовать в гонке. Эта система наносит двойной удар по конкуренции. Малобюджетные фильмы, авторское кино, дебюты молодых режиссеров, у которых попросту нет запасного «рекламного фонда», автоматически оказываются за бортом. Даже если фильм талантлив и имеет потенциал стать хитом для зрителей, он физически не может конкурировать с крупными проектами, за спиной которых стоят солидные инвесторы или государственное финансирование, способные покрыть непрофильные расходы на «входной билет». Это негативно влияет и на развитие индустрии в целом. Когда главным критерием отбора становятся не зрительский интерес и качество продукта, а наличие «административного ресурса» или средств на оплату услуг прокатчика, у производителей пропадает стимул улучшать качество. Смысл бороться за сценарий, искать талантливых операторов или поднимать уровень актерской игры, если путь к экрану лежит не через сердце зрителя, а через бухгалтерию киносети? Это формирует порочный круг: отсутствие конкуренции ведет к падению качества, а падение качества – к потере интереса зрителя к отечественному продукту. Думается, в данном случае антимонопольное ведомство выступает тем самым арбитром, который намерен вернуть рынок в правовое поле. Суть претензий регулятора заключается в том, что подобные требования являются формой злоупотребления доминирующим положением. В Казахстане, как и во многих странах, крупные киносети занимают значительную долю рынка. Диктуя производителям условия «входного билета», они фактически устанавливают барьеры для входа на рынок новых игроков, что является прямым нарушением Закона «О конкуренции». Для реального развития казахстанского кинематографа необходимо не просто выявить и пресечь нарушителей, но и изменить саму философию взаимоотношений между создателями контента и площадками для его показа. Государство, выделяя средства на поддержку кино, должно усилить контроль не только за творческой составляющей, но и за гарантиями доступа зрителя к готовому продукту, чтобы средства налогоплательщиков не тонули в «рекламных бюджетах» прокатчиков, и чтобы подобные явления не разрушили перспективную отрасль. Казахстанское кино сегодня нуждается в равных условиях, и только тогда можно говорить о здоровом рынке, где побеждает не тот, кто больше заплатил за право войти, а тот, кто сумел заслужить внимание зрителей. Надеемся, что официальное уведомление, направленное антимонопольным ведомством в адрес нарушителей, а также в целом ситуация в околокиношных делах, с сомнительными кастингами и непрозрачными правилами кинорынка, станет поводом для более пристального внимания к этой сфере со стороны Министерства культуры.
Асия НУРИМБЕТОВА, спецкор «Юридической газеты»
