Как известно, Мажилис Парламента РК во втором чтении принял законопроект «О массмедиа» с сопутствующими ему поправками. Если разработчики и представители государственных органов видят в изменениях положительные стороны, то критики усматривают в них отход от демократии и удушение свободы слова.
Не стоит, думаю, рассказывать обо всех словесных баталиях, которые происходили в стенах Парламента. Лишь отметим, что обсуждение законопроекта «О массмедиа» происходило на фоне отказов МИДа в аккредитации 36 журналистам «Радио Азаттык». В ответ на это издание подало в суд на министерство. Кстати, в проекте закона как раз значился пункт, которым государственный орган в лице МИД имел право отказать иностранным представителям в аккредитации в случае «угрозы национальной безопасности Республики Казахстан». Также предлагаемые изменения предусматривают запрет на занятие профессиональной журналистской деятельностью иностранных СМИ и иностранных журналистов без соответствующей аккредитации. Поправки предлагают внесудебный порядок приостановки деятельности иностранных СМИ. В связи со сложившейся ситуацией, радио «Азаттық» подало иск в суд. 23 апреля этого года сообщалось о достижении медиационного соглашения с МИД, не называя иных деталей. Президент и главный исполнительный директор медиакорпорации «Радио Свободная Европа/Радио Свобода» Стивен Капус заявил, что приветствует соглашение с МИД. Во время процесса они добивались того, чтобы журналисты «Азаттық» могли продолжать свою работу в Казахстане безопасно и без уступок.
Что касается аккредитации журналистов (представителей средств массовой информации) (ст. 28 законопроекта «О масс-медиа»). Так вот, СМИ по согласованию с обладателями информации и организациями могут аккредитовать при них своих журналистов. Типовые правила аккредитации журналистов разрабатываются и утверждаются уполномоченным органом. Теперь без аккредитации журналисту, как говорится, двери закрыты. Кроме того, оказывается, теперь у нас есть так называемый «особый статус журналиста». В чем различие особого статуса от обычного журналиста? Если полагаться на вводимое понятие, то «особый статус журналиста, предусматривает защиту прав и свобод журналиста, расширенные права при поиске, запросе, получении и распространении информации, а также иные особые права, установленные настоящим Законом». А вот понятие «журналист» – несколько иное, усеченное. «Журналист (представитель средств массовой информации) – физическое лицо, осуществляющее деятельность по сбору, обработке и подготовке сообщений и материалов для средства массовой информации на основе трудовых или иных договорных отношений с редакцией…». Как видим, в особом статусе вроде предусмотрена защита прав и свобод журналиста. Что касается простого журналиста, здесь признается лишь лицо, которое собирает, обрабатывает и готовит информацию. Естественно, на договорных основаниях с редакцией. Дабы не уличили в субъективной односторонней оценке моих суждений, приведу комментарий мажилисмена Жанарбека Ашимжанова, который принимал участие в активном обсуждении этого законопроекта. «Документом предусмотрено повышение статуса журналистов, укрепление прав и пересмотр обязанностей журналистов, а также создание условий по расширению привилегий журналистов. В частности, внесены понятия «особый статус журналиста» и «упрощенный порядок аккредитации», уточнены понятия «аккредитация журналистов (представителей средств массовой информации)» и «мониторинг масс-медиа», а также закреплены компетенции по осуществлению мониторинга масс-медиа. Также внесена поправка по объединению сетевых изданий и информационных агентств в единое понятие «интернет-издание», которые будут являться одним из видов СМИ», – сказал депутат. Не знаю, как другие, но лично я никаких привилегий для журналистов в этом законопроекте «О масс-медиа» не увидел. Как бы не убеждали меня в обратном его разработчики.
Олег ДОМАЕВ
