Жаңалықтар | Новости

ПРАВО НЕ ЗАБОЛЕТЬ

Прогнозы пессимистов сбываются – коронавирус, слегка потесненный в последние месяцы, перешел в новое наступление: 23 июня в казахстане зарегистрировано 1 496 новых случаев заболевания. Суточный прирост составил 248 человек.

Мы не одиноки, в соседних странах ситуация ухудшается еще быстрее и сильнее. Причем даже в тех регионах, где борьба с инфекцией ведется очень активно. Например, в российском Подмосковье, где отмечен самый высокий прирост заболеваемости за всю пандемию. Подтверждаются опасения, которые некоторые специалисты высказывали еще весной прошлого года: коронавирус очень быстро мутирует, и каждый новый штамм оказывается опаснее предыдущих. А меры изоляции на страновом уровне оказываются не слишком эффективными. Об опасности «индийского» штамма знали заранее, старались не пустить его к себе, но он за пару месяцев распространился более чем на 80 стран.
Межгосударственная «линия обороны» только слегка задерживает этот процесс. Главные меры безопасности должен принимать сам человек, и это соблюдение карантинных правил и самое главное — вакцинация.

В Казахстане ситуация с ней относительно неплоха: однократную дозу вакцины получили около 14,5 процента, полностью вакцинированных около девяти процентов человек. Немало стран, где и эти, в общем-то скромные, цифры не достигнуты. Хотя есть и такие, до которых нам еще прививаться и прививаться, и это не только богатые США или Израиль, но и,
например, Монголия, где вакцину получили уже более половины взрослого населения. И нам надо спешить, учитывая скорость, тяжесть новых форм и что заболеваемость, хоть и медленно, но молодеет – российские врачи фиксируют ее рост в возрастной группе 20-29 лет. Кстати, о возрасте. Известный казахстанский ученый, иммунолог и вирусолог Борис Каральник обращает внимание на обстоятельство, которое повсюду игнорируется: не обследуются на коронавирус дети.

— Они не болеют в клинической форме, но инфицируются так же, как и взрослые, и являются разносчиками инфекции. Организовать обследование детей сложно, но работать в этом направлении нужно, — говорит профессор Каральник. Но главное, подчеркивает он, – вакцинация. А она, как известно, упирается в настроения немалой части общества, отрицающей или даже опасающейся этого. И это отношение может свести на нет и без того скромные успехи в борьбе с пандемией. Неудивительно, что власти в разных странах идут на такие меры, возможность которых еще недавно категорически отрицали. Например, в Москве в рестораны будут пускать только привившихся или переболевших, в Башкирии плановое медицинское обслуживание будет доступно только при наличии сертификата о прививке. Согласно данным российских СМИ, примерно треть россиян такие меры не одобряет. В Казахстане пока нет ни подобных мер, ни соцопросов, но критиков у нас тоже будет много. Но альтернативы сегодня уже нет.

На днях Межведомственная комиссия по нераспространению COVID-19 рекомендовала главному санитарному врачу Казахстана принять ряд мер, среди которых введение ограничений на работу для сотрудников сферы услуг и промышленных предприятий без вакцинации против COVID-19. Конечно, исключая тех, у кого есть медицинские противопоказания и переболевших. А также ввести требование обязательного ПЦР-тестирования для тех работников, кто отказывается от вакцинации. Скорее всего, эти рекомендации будут приняты. И вызовут критику. Юристы говорят, что в Кодексе о здоровье говорится о вакцинации с согласия лица, а эти нововведения фактически принуждение к вакцинации. На это эпидемиологи и вирусологи возражают: мы находимся в абсолютно беспрецедентной ситуации, фактически это война, и наши возможности в ней ограничены.

— Пока в вопросе вакцинации существует добровольность, право выбора, будет невозможно победить распространение инфекции. Например, победить оспу смоли благодаря многолетней вакцинации в масштабах всего мира. И никто не возмущался, не говорил о нарушении прав человека. В таком вопросе, как борьба с инфекционными патологиями, добровольность не может быть приоритетом. В конце концов, в любой юридической системе постулатом является понимание того, что права любого человека заканчиваются там, где начинаются права других людей. А отказ от вакцинации одних нарушает права других на здоровье и на жизнь, — говорит Борис Вольфович. Любимый аргумент профессора – почему водителя, пойманного пьяным за рулем, наказывают, даже если он ни на кого не наехал, ведь он тоже может сказать, что выпивать это его право? Потенциальная опасность для общества от такого водителя очевидна, но и от вакцинных диссидентов – тоже. Большинство не желающих прививаться людей черпает негативную информацию из интернета,
и Борис Вольфович считает, что с этим необходимо бороться, как борется государство с распространением многих опасных тем в соцсетях. Особенно критикует ученый медиков-диссидентов. Их, по его мнению, стоит как минимум лишать права на преподавание в учебных медицинских заведениях. История знает примеры очень успешной борьбы с распространением инфекции жесткими мерами. Самый яркий — это локализация и ликвидация вспышки черной оспы в Москве в 1959-1960 годах, кода за 19 дней было вакцинировано около 10 млн человек. Естественно, ни о какой добровольности речь тогда не шла. На этом историческом примере те меры, что предлагает Межведомственная комиссия по нераспространению COVID-19, трудно назвать очень жесткими. Хотя, конечно, это принуждение к вакцинации. Но здесь нельзя не согласиться с мыслью пресс-секретаря российского президента, которая в этой ситуации универсальна для любой страны: в конечном итоге люди делятся не на привитых и непривитых, а на тех, кто лежит в реанимации на аппарате ИВЛ и кто не лежит. Добавим от себя: пока не лежит, так как шанс заболеть тяжелой формой ковид без вакцинации есть у каждого.

Игорь МИХАЙЛОВ

Комментарий