Бас тақырып | Тема дняЖаңалықтар | Новости

НАСЛЕДСТВО НЕ ПО ЗАКОНУ

В редакцию «Юридической газеты» обратилась Нагима Абульхаирова, которая просит содействия в справедливом решении вопроса о наследовании квартиры умершего отца – ветерана Великой Отечественной войны – в г. Петропавловске Североказахстанской области.

Неравные доли

Участник ВОВ Умутжан Абульхаиров после смерти своей первой супруги заключил второй брак с некой К. Б. В браке они были с 1993 года и до самой его смерти – 1 июля 2000 года. Еще в 1997 году,
будучи пенсионером, ветеран работал в тресте «Союзцелинвод» г. Петропавловска. Трест выкупил
у акимата города однокомнатную квартиру общей площадью 29,6 кв. м в специально построенном для
ветеранов и инвалидов ВОВ доме на ул. Некрасова, 1, кв. 37, и передал ее безвозмездно У. Абульхаирову. В то время акимом города был П. Ходеев. В данной квартире ветеран с супругой прожил всего три года. Перед смертью он просил пятерых детей, чтобы позволили его второй супруге жить в этой квартире сколько понадобится. И взрослые дети, уважая его просьбу, исполнили ее добросовестно и по возможности
заботились о женщине. После смерти отца через полгода К. Б. заявила о праве на наследство без уведомления пятерых детей умершего ветерана Абульхаирова, которые находились вне предела г. Петропавловска. Ущемленные в своих правах на законное наследство, взрослые дети обратились в суд. И только в 2019 году заявители высудили 1/3 часть квартиры. В декабре 2019 года наследники получили право
вселиться в квартиру. В решении суда г. Петропавловска от 10 июля 2019 года есть расплывчатая формулировка. В мотивировочной части подтверждаются права всех детей, доля каждого из них составляет 1/12. А вот в резолютивной части почему-то упущены из вида наследники первой очереди – дети умершего одного из сыновей Е.У. Абульхаирова – Т.Е. Абульхаирова и С.Е. Абульхаирова. Из-за судебной ошибки
двое наследников (дети умершего) были лишены права на наследуемое имущество. Суд делает такой парадоксальный вывод. Оказывается, что наследственная доля умершего ветерана У. Абульхаирова в размере ½ доли квартиры должна делиться в равных долях между наследниками супругой К.Б. и всеми детьми. Таким образом, по воле судьи бабушка оказалась обладателем ½ доли в квартире как супруга, а также 1/12 части в доле детей-наследников. Вот такая юридическая ошибка, которую, надеемся, исправят в Верховном Суде. Из текста решения суда: «Наследственное имущество, на которое выдано настоящее свидетельство, состоит из 1/3 доли в жилой квартире общей площадью 29,6 кв. м, жилой площадью 8,9
кв. м, расположенной по адресу: г. Петропавловск, ул. Некрасова, д. 1, кв. 37. Принадлежность 1/3 доли в жилой квартире наследодателю подтверждается на основании Договора о приватизации квартиры (дома) № 242/24 от 13.02.1998 г.» Теперь о том, что это за документ, рассмотрим его юридическую состоятельность.

О странной Приватизации

По документам квартира была приватизирована еще при живом ветеране ВОВ в 1998 году, хотя
выкуплена она у государства в 1997 году и никоим образом не подлежала государственной приватизации. Ведь приватизация жилища – это правовой акт приобретения гражданами в собственность занимаемых ими жилищ или жилых помещений (квартир) из государственного жилищного фонда, осуществляемый в соответствии с законодательством. То есть квартира, которую предоставило государство в лице
местного исполнительного органа. Так гласит закон. Допустим, что местные чиновники допустили
ошибку, посчитав квартиру государственной. Даже в этом случае жилье ветерана не подлежало приватизации. Дело в том, что на день заключения договора о приватизации квартиры (13 февраля 1998 г.) действовали нормы Указа Президента Казахстана от 28 апреля 1995 г. № 2247 «О льготах и социальной защите участников, инвалидов Великой Отечественной войны и лиц, приравненных к ним». В соответствии с
п. 5 ст. 11 Закона участникам войны в качестве мер социальной защиты предоставляются занимаемые
жилые помещения в домах государственного и коллективного жилого фонда и передаются им в личную
собственность. Данная редакция действовала до 1 апреля 1999 г., до внесения изменений Законом от 07
апреля 1999 г. № 374-1.

На тот момент также действовал Закон от 16 апреля 1997 года № 94-I «О жилищных отношениях», где в ст. 12 указаны основания возникновения права собственности на жилище. Так вот, поскольку квартиру ветерану выкупил трест, следовательно, она не является государственной и никакой речи о приватизации квартиры быть не может. Основанием права на собственность является п. п. 7, где регламентированы вопросы предоставления жилища юридическими лицами, основанные на негосударственной форме собственности, в собственность своему работнику или иному лицу путем продажи либо безвозмездной передачи. На этот случай должен быть составлен договор купли-продажи или договор безвозмездного дарения. Но вместо этого на свет появляется договор о приватизации № 242/24 от 13 февраля 1998 г.

А была ли бабушка?

Начнем с того, что в договоре приватизации квартиры почему-то стоит не подпись владельца квартиры У. Абульхаирова, а его супруги К. Б, а ведь еще в 1998 году уважаемый ветеран ВОВ находился в добром здравии и в дееспособном состоянии. Продавцом уже выкупленной квартиры (не подлежащей
приватизации) выступает аким г. Петропавловска П. Ходеев, а покупателем У. Абульхаиров, но за него почему-то расписывается в документе супруга. Заметьте, без указания личных данных, просто стоит непонятная закорючка. И этот сомнительный документ позже судебные органы г. Петропавловска
положат в основу своих решений. Более того, ни один из судей, в руки которого попал этот документ, так и не задался вопросом: почему в конце договора с подписью акима города стоят оттиски штампов о регистрации с датами 25 и 26 января 2001 года? Ведь даже без судебной почерковедческой и товарной экспертизы очевидно, что с документом не все в порядке.

В указанном договоре о приватизации квартиры от 13 февраля 1998 г. указана продажная стоимость квартиры, установленная оценочной комиссией (891 995 тенге). Данную сумму трест «Союзцелинвод» оплатил акимату г. Петропавловска еще в 1997 году и безвозмездно передал ветерану ВОВ
У. Абульхаирову. Заметьте, за год до того, как была произведена таинственная процедура. Обратите внимание на один прелюбопытный документ: копия справки № 2 (число, месяц не разобрать)
2001 года, выданной К. Б. паспортистом ЖЭУ о том, что Умутжан Абульхаиров проживал с 3 сентября 1997 года по адресу: ул. Некрасова, 1, кв. 37. Если ветеран с супругой проживал в этой квартире, то, интересно, на каких основаниях? Однако дюже сомневаемся, что старушка на склоне лет бросилась приватизировать «бесхозную» квартиру и вместо самого хозяина пошла в акимат ее оформлять. При этом сама, без всяких
документов, заключила договор приватизации квартиры, которая де-юре не должна была приватизироваться. Потом оплатила предварительную сумму в кассу акимата. Неужели в этот бред можно поверить?
В соответствии с действовавшим на тот момент порядком приватизация жилых помещений (квартир) производилась с письменного согласия всех постоянно проживающих совершеннолетних членов
семьи. Такого согласия, если договор подписывала супруга К. Б., самого хозяина У. Абульхаирова нет, так же, как и нет от него доверенности, зарегистрированной в нотариальной конторе, на представление его интересов. Далее. Для оформленияприватизации квартиры, если это осуществлялось договором купли-продажи (передачи), необходимо провести последующую регистрацию договоров в Бюро
технической инвентаризации. А вместо этого, как убеждаемся, стоит штамп регистрации ТОО «Ремэкс» от 26 января 2001 года.

Если руководствоваться договором приватизации, то доля ветерана У. Абульхаирова в квартире была бы
1/2. Следующим пунктом указывается, что «оставшаяся 1/2 доля в указанной квартире  принадлежит К. Б. на основании договора о приватизации квартиры (дома) № 242/24 от 13 февраля 1998 г.». Тогда как на основании дубликата свидетельства о праве на наследство по закону № 1-134 от 26 января 2001 г. 1/6
доли в жилой квартире принадлежит гр. К. Б. Однако ее доля в наследстве умершего равна 1/12. В свидетельстве к ее доле непонятным образом приплюсована выпавшая из наследства 1/12 доля умершего сына. Поэтому у нее оказывается 1/6 часть наследства, а у двоих наследников (детей умершего сына ветерана) – никакой доли.

Также адвокаты со стороны наследников ветерана У. Абульхаирова обнаружили факт отсутствия документов и сведений в акимате г. Петропавловска о том, на каком основании предоставлялась квартира ветерану BOB У. Абульхаирову в доме для ветеранов на ул. Некрасова. На этот счет имеются официальные ответы регистрирующих органов. Однако еще раз повторяем, что только жилое помещение, предоставляемое
гражданам из государственного жилищного фонда после введения в действие Закона РК от 16 апреля 1997 года «О жилищных отношениях», подлежит приватизации в порядке и на условиях,
предусмотренных этим Законом.

Также выяснилось…

Интересный факт. Почему-то отсутствуют документы и сведения в архиве треста «Союзцелинвод», который прошел процедуру банкротства. Архив был передан правопреемнику ТОО «Кызылжар Су» (Горводоканал), в настоящее время – «Есиль Су». В тресте «Союзцелинвод» было много ветеранов войны,
которые получили квартиры за счет треста. Все эти документы в целости и сохранности, но нет никаких сведений о передаче квартиры именно Умутжану Абульхаирову. Этот вопрос никоим образом не заинтересовал суд, который обязан был выяснить истинную картину с приватизацией квартиры ветерана
войны. Впрочем, разгадка этой истории довольна банальна. Во всех судебных процессах по разделу имущества в качестве адвоката старушки К. Б. выступал ее племянник А.А. Жанаков. Конечно, законом это не запрещено. Связи никакой вроде нет, однако это вызвало кое-какие подозрения у наследников ветерана. Но это, так сказать, к слову.

(Материал подготовлен на основании судебных решений и других
документов.)

Олег ДОМАЕВ

Комментарий