Бас тақырып | Тема дняЖаңалықтар | Новости

ЭКСПЕРТИЗА ЗАКОНОВ И БОРЬБА С КОРРУПЦИЕЙ

Роман ПОДОПРИГОРА, доктор юридических наук, профессор Каспийского университета, автор телеграмканала Roman. Law

Коррупция – Это плохо. И противодействовать ей надо. Но также плохо, когда противодействие порой
сопровождается непродуманными решениями, акциями, рассчитанными на внешний Эффект, верой в какие-то спасительные рецепты.

В качестве одного из таких рецептов предлагается антикоррупционная экспертиза нормативных правовых актов. Сегодня об этом много говорят. Априори считается, что дело нужное. Даже как-то cомневаться неудобно. Но основания для сомнений все-таки есть.

1. Антикоррупционная экспертиза нормативных правовых актов уже существовала в Казахстане в 2000-2014 годах. На нее тратились серьезные ресурсы. Но можно ли утверждать, что качество законов в тот период было каким-то принципиально иным? Вряд ли.

2. По своему опыту могу сказать, что выявить коррупциогенные факторы просто так, смотря на бумагу или на монитор, очень сложно. Даже при наличии методик и критериев. Чаще всего проблемы вылезают в процессе правоприменительной деятельности. Есть, конечно, очевидные вещи. Но для очевидных вещей не надо
тратить миллиарды и миллионы тенге. Надо просто заниматься нормотворчеством как положено. В законодательстве достаточно фильтров для недопущения некачественных законов и иных актов.
Кроме того, надо наконец-то задуматься об обилии нормативного материала, в котором путаются сами юристы. О том, что нет необходимости по каждой проблеме кричать: «Караул, нам нужен закон».

3. Я посмотрел существующую методику (Методические рекомендации по проведению научной антикоррупционной экспертизы проектов нормативных правовых актов, утвержденные приказом Председателя Агентства Республики Казахстан по противодействию коррупции от 19 августа 2020 года № 268). Солидный, подробный документ. Но, во-первых, Методика сама не учитывает действующее законодательство, например, принятый недавно Административный процедурно-процессуальный кодекс (АППК). Этот кодекс задает новые параметры деятельности государственного аппарата и рассмотрения публично-правовых споров. Если он заработает, то среди других последствий скажется и на снижении уровня коррупции. Другое дело, что и к АППК есть вопросы, но это снова возвращает к системным проблемам правотворчества. Во-вторых, некоторые рекомендации говорят о том, что речь, скорее, надо вести не о коррупционных рисках, а о нарушении законодательства. Например, одним из факторов таких рисков является установление требований, ограничивающих права и свободы физических и юридических лиц, и (или) предъявление которых не обосновано нормами законодательства. Причем здесь антикоррупционный риск? Это грубое нарушение законодательства.

В-третьих, торжествуют давно сложившиеся штампы в отношении факторов коррупционных рисков. Одним из таких факторов является дискреция (усмотрение) в деятельности государственных органов. Например, использование формулы «вправе». В смысле плохо, когда закрепляется, что государственный орган вправе
что-то делать, лучше чтобы была обязанность. Придет полицейский на несанкционированный митинг и сразу дубинкой по людям, вместо того чтобы предложить разойтись. Его же лишили права делать выбор. Надо уже смириться, что от дискреции (усмотрения) никуда не денешься. Не может она быть исключением. Она всегда
была, есть и будет. Конечно, должны быть определенные рамки, критерии этой дискреции. В этой части тоже, кстати, поможет новый АППК.

Или другой фактор: понятия, неопределенные законодательством. Хотим мы или нет, но всегда в законах будут существовать неопределенные, оценочные понятия: государственные или общественные интересы, разумные сроки и т.д. И не стоит их бояться. Надо наконец-то вспомнить о важности правовых принципов,
формировании качественной судебной практики. Кстати, в самой Методике таких понятий пруд пруди: трудновыполнимые требования, ложные цели и приоритеты, широкий диапазон, двоякость регулирования, широта полномочий, злоумышленный подрыв и т.д. Скажете: «Критиковать все могут. Твои предложения».

Мои предложения:

1. Перенастроить конвейер, выпускающий нормативные правовые акты. Реальная необходимость и качество, а не сроки и
количество должны быть определяющими в этом процессе. В том
числе хватит постоянно «совершенствовать» закон о противодействии коррупции.
2. Не изобретать новые линии для конвейера. Полностью
задействовать уже имеющиеся инструменты для отсекания некачественных актов.
3. Развивать новые технологии управленческой деятельности
и их правовое обеспечение. Как бы ни ругали электронное правительство или государственные услуги, но они заметно снизили
зависимость от всяких разводящих и помогаек, избавили от очередей и бюрократического хамства. Не все, конечно, идеально, но
результаты очевидны. И именно эти технологии гораздо сильнее,
чем все экспертизы, ударили по коррупции.
4. Следить за тем, чтобы антикоррупционные нормы соблюдались.

А то приняли закон, что начальник уходит в отставку из-за коррупционера-подчиненного, но потом находятся оправдания, как этого начальника в должности сохранить. Отдельная тема для разговора – что творится вокруг заказа на эту экспертизу. Вузы и научные учреждения переругались. Можно понять: сумма на кону не маленькая, более миллиарда тенге. Устанавливаются нереальные сроки, в рамках которых провести
качественный анализ вряд ли возможно. Если руководствоваться имеющейся методикой, в лучшем случае над каждым актом надо несколько дней трудиться с отрывом от производства, а журналисты уже посчитали, что в день надо с два десятка актов «выдавать на-гора». Объявляется конкурс экспертов. Чем-то это
мне напоминает процессы, которым Антикоррупционная служба противодействует в других ситуациях.
Деньги, наверное, освоят. В этом как раз сомнений мало. Будет ли результат, то есть меньше коррупции, – предсказать сложнее.

Комментарий