Аптадағы сұхбат | Интервью неделиЖаңалықтар | Новости

 Талгат Нарикбаев: «Дистанционное обучение в РК – тектонический сдвиг в сторону цифровизации»

Председатель правления КАЗГЮУ имени М.С. Нарикбаева рассказал о переходе на новый уровень подготовки кадров.

До начала нового учебного года в Казахстане осталось чуть больше одного месяца. Пока еще точно неизвестно, в каком формате будет проходить обучение студентов – в традиционном или удаленном формате. В казахстанских вузах готовятся к первому и второму вариантам. О том, как digital-технологии помогают в преобразовании учебного процесса отечественной системы образования, насколько она соответствует мировым стандартам, а также о том, чего не хватает ей для достижения качественно нового уровня, мы узнали у председателя правления АО «Университет КАЗГЮУ имени М.С. Нарикбаева» Талгата Максутовича Нарикбаева.

Пандемия коронавирусной инфекции стала настоящим испытанием не только для политики, экономики, но и образования. По словам спикера, из-за вызова современности произошел тектонический сдвиг в сторону цифровизации.

– Если раньше считалось, что дистанционное онлайн-обучение – некачественное, то после вынужденного перехода на дистанционное образование из-за COVID-19 казахстанцы увидели другую сторону онлайн-обучения. Она показала, что можно давать качественное образование даже на удалении. Единственное, возникали вопросы относительно того, как проводить экзамены. Каждый вуз решал их по-своему. Студенты желали, чтобы экзамены отменили и перенесли на сентябрь. Некоторые вузы пошли по этому пути, большинство же провели экзамены. Мы относимся ко вторым и не стали изобретать велосипед, а просто изучили, какие сервисы уже используются ведущими вузами мира и организовали процесс сдачи экзаменов через международную систему «PROCTORIO», которая позволяет прозрачно провести экзамены в онлайн-режиме. Суть прокторинга в том, что через фронтальную камеру и микрофон компьютера ведется наблюдение за действиями студента (можно активировать требование системы к сдающему произвести обзорную съемку на 360 градусов), то есть возможность списать сводится на нет. Конечно, ребята волновались, переживали. Тем не менее, из более 500 выпускников вуза только 29 человек перенесли экзамены на осень, остальные успешно сдали их через вышеупомянутую систему. Считаю, что такой опыт был нужным и полезным. Также мы используем систему Platonus для накопления и хранения учебных данных и интеграции с НОБД МОН РК. Platonus является чисто казахстанской разработкой, но у каждого университета своя версия платформы. Platonus, используемый в нашем вузе, кардинально отличается от тех, что используются в других университетах. Правда, его не используют студенты, он используется в основном для администрирования учебных данных. Обучающиеся прибегают к помощи другой платформы – образовательной системе Canvas. Ее, к слову, применяют ведущие вузы Великобритании, а также Лиги Плюща (Ассоциация восьми старейших университетов Америки – Гарварда, Принстона, Йеля, Брауна, Колумбии, Корнелла, Дартмута и Пенсильвании – Прим. автора). Данную программу мы используем третий год. В ней отражается буквально все: силлабусы и весь контент курса, успеваемость и активность студента, вся работа педагога. Уникальность нашей практики в том, что мы сумели соединить эти системы друг с другом.

Чем порадуете студентов в области цифровизации в новом учебном году?

– Наша задача – создать максимально комфортные условия для учебы и проживания студентов. В 2014 году мы создали центр обслуживания студентов по аналогу с ЦОН. Посредством «одного окна» студент получал, например, необходимую справку. Поскольку постепенно мы стали переходить в цифровой формат, позволяющий студенту получить необходимый документ из любой точки, вместо ЦОС сейчас развернут коворкинг-центр с компьютерами и доступом в интернет. Сейчас разрабатываем специальное мобильное приложение, при помощи которого студенты могут решать академические вопросы одним кликом. Проще говоря, если раньше им приходилось обращаться в деканат, сталкиваться с бюрократическими проволочками, то приложение позволит упростить процесс. Новый продукт будет в своем роде уникальным и удобным.

Не менее важный момент в деятельности вуза – создание качественного и интересного офлайн-контента. Для этого на базе учебного заведения создана киностудия, в которой будем записывать видеолекции в современном формате, с анимацией, возможно, с привлечением профессиональных видеоспикеров. К сентябрю планируем выпустить 30 лекций по основным дисциплинам.

Если говорить о финансовой стороне вопроса, то инвестиции в видеостудию только на первом этапе – 10-15 млн тенге, а мобильное приложение обойдется примерно в 10 млн тенге. И это, не считая затрат на привлечение специалистов, обучение необходимым основам действующих сотрудников. Для нас важна не столько материальная сторона вопроса, сколько полезная составляющая – внедрение и использование действительно нужных сервисов и создание качественного онлайн-контента.

Как вы оцениваете отечественную систему образования, какие изменения необходимы для того, чтобы вывести ее на значительно более качественный уровень? Насколько известно, при приеме на работу новых кадров отдаете предпочтение выпускникам КИМЭП и КБТУ. Что необходимо изменить в казахстанской образовательной системе, чтобы порог альма-матер переступали высококвалифицированные специалисты?

– Справедливости ради стоит отметить, что в настоящее время в системе образования, в том числе и высшего, происходят положительные изменения. Это и академическая свобода вузов, отсутствие их явного деления по видам собственности. Раньше считалось, что в национальных университетах подготовка кадров значительно лучше, чем в частных, однако это было не так. КИМЭП и КБТУ – частные вузы, но по качеству образования – одни из лучших образовательных учреждений в Казахстане. Сегодня неправильно говорить о том, что из-за формы собственности тот или иной вуз хуже или лучше. Нынешнее руководство Министерства образования РК это понимает и делает ставку на справедливый подход к университетам.

Уровень качества образования – вопрос к менеджменту вузов в первую очередь. Все зависит от того, кто стоит у руля управления учебным заведением. Например, возьмем КИМЭП, который с первых дней пошел по пути вузов западных стран. На заре независимости Первый Президент Казахстана – Елбасы Нурсултан Назарбаев назначил на пост первого исполнительного директора своего бывшего советника по экономическим вопросам Пан Чханъёна, поскольку требовалось сформировать совершенно новый уровень подготовки кадров взамен советской системы, которая основывалась на вертикальной базе, когда все процессы сводились к одному лицу – ректору. Западная модель – горизонтальная и позволяет студенту выбирать преподавателя, дисциплину, создавать удобное для себя расписание. При этой системе нет так называемого «опекунства» педагога над обучающимся, последний более самостоятелен и дисциплинирован.

Считаю, что для улучшения качества образования необходимо менять менеджеров и ставить таких, которые смогут наладить современный образовательный процесс, сократить ненужные расходы. В особенности это касается государственных, национальных вузов. Также необходимо прекратить погоню за цифрами, статистическими данными, рейтингами, что и делает на сегодняшний день Назарбаев Университет. Он выстраивает образовательную платформу, а не стремится в ТОП лучших вузов мира. Здесь понимают, что важно сначала выстроить качественный фундамент подготовки кадров, а мировой рейтинг – второстепенный вопрос, который решится со временем.

Какое место в образовательной системе отдано педагогам?

– Безусловно, преподаватели – движущая сила, от которой и зависит уровень подготовки специалистов. Нужно, чтобы юрист-педагог доносил информацию легко и доступно. Ведь порой непонятая лекция сказывается на уровне успеваемости обучающегося. Два раза в год мы проводим аттестацию среди наших преподавателей, создается комиссия по их отбору, привлекаем зарубежных лекторов. В вопросе подготовки будущих юристов важна и материально-техническая база. У нас созданы хорошие условия как для студентов, так и для педагогов. Имеется библиотека с богатым фондом специализированной литературы.

Еще один не менее важный вопрос в отечественной системе образования – научная составляющая. Современная наука выстроена по грантовому, или проектно-целевому, финансированию государством. Для понимания: группа ученых того или иного вуза участвует в конкурсе на определенную научную тему. Однако это не системный процесс. Возникает вопрос, что будет после завершения научного проекта? Понимая всю серьезность ситуации, мы создали при вузе научную школу с закрепленным штатом сотрудников, фиксированной заработной платой, но с некоторыми условиями – привлекать в работу магистрантов вуза. Суть – воспроизводство научных кадров по иерархической лестнице. Наша задача – сделать так, чтобы обучающийся, обладающий научным складом ума, увидел перспективу в этой сфере. А для этого необходимо выстроить необходимую систему, в основе которых были бы НИИ с выстроенной иерархией. Получается, что сегодня наш вуз – это не только образовательный, но и исследовательский институт. Учитывая, что в области права в Казахстане нет сильных научно-исследовательских вузов, наш опыт весьма актуальный.

Не секрет, что в последнее время в обществе все чаще звучит мнение, что некоторые казахстанские вузы превратились в «типографии по штампованию дипломов». В основном это относится к тем учебным заведениям, которые выпускают большее количество студентов, но они остаются нетрудоустроенными. Что необходимо сделать, чтобы в корне изменить данную ситуацию?

– Это весьма тяжелый процесс, через который проходил и наш вуз. В чем проблема современных университетов? В отсутствии внутривузовской селекции студентов. Как правило, из 100 поступивших лишь 5% отсеиваются к окончанию учебного заведения. И то этот процент состоит не из тех, кто отчислен из-за неуспеваемости, а тех, кто по собственному желанию покинул вуз. В идеале выпускаться должны не все поступившие, а лучшие студенты. Есть такой критерий – «доводимость» обучающихся, то есть процент тех, кто успешно завершил обучение и получил диплом из всех поступивших 4 года назад. Конечно, его применение зависит и от условий отбора (конкурса) при поступлении, но в масштабе страны – это огромная проблема, две трети всех вузов в Казахстане имеют доводимость до 100% (отдельные «вузы-пылесосы» до 800%). Это один из главных признаков того, что вуз нацелен на извлечение прибыли и качество образования не является приоритетом.

Другой причиной является недостоверная оценка компетенций студентов. Недостоверность ее заключается в том, что вузы не применяют и блокируют нормальное распределение оценок по видам («неудовлетворительно», «удовлетворительно», «хорошо», «отлично»), выставляя практически всем студентам оценки только «хорошо» и «отлично». Скажу больше: при исследовании оценивания в вузах выяснилось, что «3» и «2» – в принципе не встречаются. Все получают «5» и «4». Почему так происходит? Возможно, в этом, а точнее в сохранении госфинансирования в виде грантов или стипендиального фонда, заинтересовано руководство вузов. Другой момент – нежелание терять доход в лице студента.

Что мы получаем в итоге? Все вышесказанное приводит к тотальной девальвации высшего образования. С одной стороны, из вузов выпускается масса ребят, у многих из них «красные» дипломы с отличием, но уровень знаний на незначительном уровне. Таким образом из стен альма-матер выходят молодые люди с завышенной самооценкой и ожиданиями. А с другой стороны, работодатель не может найти квалифицированные кадры и нанять их, поскольку в первую очередь смотрит на профессиональные компетенции, а не на оценки в приложении к диплому. Если заглянуть глубже, то желание обогащения некоторых вузов приводит к тому, что отечественный рынок пополняется неквалифицированными кадрами с изначально невысокими шансами найти работу, а это отрицательно сказывается на экономической, политической жизни государства.

Кстати говоря, о грантах. В советское время существовала отличная практика распределения тех, кто получил государственный заказ, в тот или иной вуз. А после получения диплома о высшем образовании их определяли в села с кадровым дефицитом. Как обстоят дела в этом плане сегодня?

– К сожалению, эта практика сегодня не действует. При ней мы получили бы то, что и в отдаленных аулах работали бы квалифицированные специалисты. Причина в том, что вузы все это время не несли и не несут абсолютно никакой ответственности за качество подготовки кадров в рамках госзаказа. Нет никакой независимой оценки компетенций этих выпускников и объем госзаказа распределялся по принципу социальной поддержки (дать как можно больше грантов всем регионам), а не по принципу прагматичного рынка труда и реальным потребностям государства.

Другая причина – в низкой стоимости грантов, существовавшая все эти годы, которая заставила многие хорошие вузы, постоянно инвестирующих в образование, вообще отказаться от них и принимать только на платной основе. Одновременно те вузы, которые постоянно получали госзаказ, не имели достаточных средств на развитие и повышение качества образования. Только в этом году действующему министру удалось решить эту проблему и поставить перед Правительством вопрос об актуализации и повышении стоимости государственного гранта.

Мы, например, видим, что уровень компетенций государственных служащих (особенно в регионах) оставляет желать лучшего, граждане постоянно сталкиваются с противоречивыми и некомпетентными решениями на местах. Одной из причин этого является отсутствие правильной системы кадрового государственного заказа, благодаря которому хороший молодой специалист в обмен на полностью бесплатное обучение в хорошем вузе пришел бы на несколько лет работать в тот или иной регион, в конкретный населенный пункт. Эта модель должна строиться на четком и реальном определении кадровой потребности в регионах. Сейчас с этим есть проблемы – данные НПП «Атамекен» и госорганов очень сильно разнятся, отсутствует единая эффективная и достоверная методика.

Вузы в свою очередь должны нести полную ответственность за качество подготовки выпускников, чьи компетенции должны оцениваться абсолютно независимой комиссией работодателей или профессионального сообщества. Существующая модель вовлечения отдельных практиков в состав ГАК несостоятельна, вузы все равно сохраняют тотальный контроль над итоговой аттестацией. Поэтому, если выяснится, что выпускник не обладает достаточно высоким уровнем компетенций, то вуз должен вернуть все деньги, полученные в рамках госзаказа на его подготовку, в бюджет. Также вузы должны нести обязательства по бесплатной переподготовке (повышению квалификации) молодого специалиста в течение трех лет после выпуска. Такая модель позволила бы определить только добросовестные вузы, которые готовы взять на себя такие обязательства.

Вузам необходимо тесно контактировать с работодателями, чтобы понимать, какие именно кадры следует готовить. Ведь время не стоит на месте. Непрерывно меняются требования к специалистам, появляются новые ниши, сферы, отрасли. Создавая образовательную программу, мы должны рассчитать ее на четыре года вперед с пониманием того, что необходимо дать студенту, чтобы завтра он был конкурентоспособным на рынке труда. Говоря о навыках soft-skills, которые мы формируем у обучающихся, следует отметить некоторые из них: академическое письмо, ораторское мастерство, критическое мышление, информационно-аналитическая работа. Например, в вопросах подготовки будущих юристов мы, как отмечено выше, смотрим на четыре года вперед и сегодня обучаем их навыкам чтения программного кода и принципам построения сетевой архитектуры, основам кибербезопасности. Это поможет им правильно работать с клиентами, а также предупреждать правонарушения, которые стали возникать с приходом современных цифровых технологий. Студенты должны быть готовы к расширению сфер применения искусственного интеллекта и понимать, как завтра искусственный интеллект будет коммуницировать в правовом поле вместе с человечеством.

Каково количество казахстанских юристов, которые представляют нашу страну на мировой арене?

– Потребность в юристах, которые могли бы выступать на международных судебных и арбитражных процессах, конечно, есть. В таких случаях Министерство юстиции, как правило, обращается к наиболее авторитетным ученым-юристам, чтобы привлечь их в качестве экспертов. Однако для собственно ведения дела в условиях другой юрисдикции одной компетентности недостаточно. Надо понимать, что в условиях, например, английского суда огромное значение имеет авторитет юриста-представителя именно среди английских судей и адвокатов. Это вековая кастовость юридической профессии, которую надо учитывать, чтобы выигрывать дела, поэтому необходима помощь международных юридических консультантов. В вопросе подготовки специалистов международного уровня наш вуз не стоит на месте. КАЗГЮУ имени М.С. Нарикбаева более 10 лет представляет Казахстан на международных соревнованиях среди юристов за кубок «Moot Court». Более трех лет наш вуз входит в ТОП-100 вузов мира, которые побеждают в этом престижном соревновании. Два года назад КАЗГЮУ имени М.С. Нарикбаева занял 49 место. Такие соревнования дают отличные навыки для студентов в области международного права. Кстати, в вузе преподается блок дисциплин (майнор) «Английское право».  Наши студенты еще на четвертом курсе идут стажерами в «Большую четверку» (четыре крупнейшие в мире компании, предоставляющие аудиторские и консалтинговые услуги: Deloitte Touche Tohmatsu, PricewaterhouseCoopers, Ernst & Young, KPMG) и МФЦА.

В новом учебном году вы планируете пригласить 100 студентов из Узбекистана. Расскажите об этом более подробно.

– Да, действительно мы заключили договор с Ташкентским государственным юридическим университетом по созданию двудипломной программы. В сентябре ожидаем прибытия 100 первых студентов из Узбекистана, сейчас идет прием заявок и потом будет конкурсный отбор. Помимо этого, 20 ребят из Узбекистана будут бесплатно обучаться у нас в качестве ответа на инициативу Первого Президента Республики Казахстан Н.А. Назарбаева о выделении ведущими вузами Казахстана по 10 грантов для студентов из стран Центральной Азии, которая была им озвучена в прошлом году во время визита в Ташкент. По окончании вуза они получат два диплома, что позволит им быть востребованным как на родине, так и у нас, в Казахстане. Аналогичную работу проводим с Таджикистаном, Кыргызстаном и другими странами постсоветского пространства. Таким образом, мы надеемся, что КАЗГЮУ имени

М.С. Нарикбаева станет Гарвардом в Центральной Азии.

Андрей ПЕТРОВ

Нур-Султан

Комментарий