Аптадағы сұхбат | Интервью недели

Генерал Ертаев: «Душа – Богу, сердце – женщине, жизнь – Родине!»

После развала СССР и обретения суверенитета Казахстану фактически с нуля необходимо было создавать собственную армию. О том, какие трудности стояли перед Верховным командованием независимой республики в период создания Вооруженных сил РК, нам рассказал человек, стоявший у истоков тех ярких событий, – депутат Мажилиса РК V и VI созывов, генерал-лейтенант, Народный герой Казахстана Бахытжан ЕРТАЕВ.

– Бахытжан Ертаевич, будучи прямым свидетелем событий, связанных с реорганизацией Вооруженных сил РК, не могли бы вы рассказать нам, с чего все начиналось?
– Так получилось, что наше государство росло вместе со своей армией, которая защищает Родину и, по сути, является щитом народа. Безусловно, становление независимости республики шло не по простому пути, потому что развал СССР ознаменовал огромный отток высококвалифицированных кадров, живших некогда под эгидой одной огромной страны. Вы знаете, что в Беловежской пуще Первый Президент страны Н. Назарбаев был одним из последних лидеров, который подписал документ о создании СНГ. В этот период мы, генералитет, сидели в Комитете государственной обороны и ждали, что будет. Многие переживали, никто не знал, по какому пути пойдет страна дальше. Через какое-то время позвонил Елбасы и предложил создать свои Вооруженные силы. С этого дня мы стали одной единой семьей. Многие зарубежные политологи говорят, что развал СССР обусловил всю невозможность экстренного формирования военно-кадрового потенциала Казахстана. Но напомним, что у нас в 1979 году в Туркестанском военном округе (ТуркВО) была сформирована знаменитая 40-я армия, направленная когда-то в Афганистан. Это была мощная армия по профессиональному составу и по части технического оснащения. Много военной техники, оставшейся после Афганистана, перешло Казахстану. Также у нас имелось ядерное оружие. Но, как я уже отметил, начался отток профессиональных кадров. И я понимаю этих людей. В ту пору я тоже находился в Германии, где командовал полком. И, конечно, мог остаться там, если бы захотел… Многие понимали, что начинается распад СССР, это чувствовалось особенно после падения Берлинской стены. Тогда мне предлагали остаться там и командовать дивизиями, но я выбрал Родину и вернулся. Очень важно для нас, военачальников, было сохранить то, что имеем, и обновить отечественные кадры. Дать им возможность обучаться, делиться опытом и т.д. В связи с этим Первый Президент Казахстана дал команду, чтобы я возглавил процесс создания отечественного военного вуза. Нам нужны были летчики, артиллеристы, танкисты, пулеметчики. Государства СНГ тоже были в таком же форс-мажорном состоянии. Акцент первостепенной важности мною был поставлен на системе ПВО и авиации. Полетел в Актобе, там располагалось Актюбинское высшее летное училище гражданской авиации. Было принято решение преобразовать его в военное училище. Ныне это Военный институт сил воздушной обороны имени дважды Героя СССР Т. Бегельдинова. Дело начало потихоньку двигаться, но мы натолкнулись на проблему командного состава. Поразительно, но тогда командование доверяли молодым людям, только что окончившим училища. Они занимали большие должности. Я никогда не любил сидеть в кабинетах и попросил Елбасы отправить меня на полигоны к солдатам. Поехал в Сарыозек, где располагалось особое подразделение ракетных войск. Так и началось распределение всего командного состава по компетентным должностям. Отмечу, что авторитет солдат после распада Союза сильно пострадал. У них наблюдался большой психологический и моральный упадок. Это было следствием тех беспокойных событий, неопределенности и страха перед будущим.
– Как руководству страны удалось осуществить военную реформу?
– Тогда, как я говорил, помимо создания военных вузов и академий стоял вопрос укрепления добрососедства и взаимной дружбы с соседними республиками. Мы создали нашу ветвь военного образования в самых передовых ведущих государствах мира. Было тяжело, так как нужно было набираться бесценного опыта, к тому же языковой барьер тоже многое усложнял. Но мы справились с этой задачей в течение трех-четырех лет. Теперь нужно было думать о боевой подготовке наших солдат. Там, где боевая подготовка, там и дисциплина. Основные усилия мы направили на материальную базу, которую имеем в Отаре. Таким образом, мы пошли дальше. Параллельно начали готовить и спецподразделения – разведку, контрразведку и т.д. После того, как кадры подросли, меня отправили в Генеральный штаб Российской Федерации на учебу, но я там не доучился. Через несколько месяцев Н. Назарбаев приказал мне вернуться в Казахстан. После приезда меня сразу же отправили на Семипалатинский полигон. Там был мощный армейский корпус, включавший в себя подразделения из Актогая, Аягуза, Усть-Каменогорска. Со времен СССР там были даже свои солдатские понятия, но штаб-квартира находилась в самом Семипалатинске. Передо мной стояла задача – провести там военную реорганизацию.
Чуть позже Первый Президент вызвал меня на встречу в Алматы и, недолго разговаривая, назначил главой Генерального штаба Вооруженных сил РК. Я пришел в свой кабинет, сел за пустой стол, не с кем было даже посоветоваться. Обратился к своим любимым книгам: «Философия войны» Б. Момышулы, произведения В. Антонова, С. Штеменко и др. После создания Генерального штаба ВС РК я сел за оперативно-стратегическую карту Казахстана. У меня появилась идея создания округов. Стратегически было видно, что от Зайсана до Семипалатинска и от Хоргоса до Отара было сконцентрировано море войск. На западе не было ничего, несмотря на Каспийское море и все полезные минералы. Я задумался об этом и посоветовался с моими лучшими советниками. Генштаб не спал целую неделю. Мы считали все до копейки, ведь целесообразность своих идей нужно было доказать и защитить. Когда проект был готов, я доложил Совету безопасности о предложении создать четыре военных округа. Здесь началось структурное объяснение моего видения и целесообразность такой тактики для безопасности страны: первый военный округ должен был располагаться в Семипалатинске, потому что там имеется состоявшийся штаб и другие корпуса. Второй – в Восточно-Казахстанской области, потому что туда удобно оттягивать силовые корпуса. Третий – в Таразе. Тут возникли вопросы: «Почему именно в Таразе, а не в Чимкенте? Потому, что ты сам там живешь?». Я объяснил, что если мы поставим третий округ в Чимкенте, там высокая плотность населения, рядом Ташкент, Таджикистан и т.д. Соответственно, округ нужно размещать на территориях с гораздо меньшей плотностью населения для удобства тактических действий. Четвертый округ должен был располагаться в Актюбинске. Там возникала сложность с коммуникацией, была только одна железная дорога, но в будущем это место превосходно служило для охраны наших границ.
– После обретения независимости перед Казахстаном встал вопрос: что делать с арсеналом ядерного оружия, доставшегося в наследство от СССР. Как решало эту проблему руководство Казахстана?
– Да, очень важным по историческим масштабам не только для стран СНГ, но и для всего мира является решение Первого Президента Н. Назарбаева отказаться от ядерного оружия. Казахстан – первая страна в мире, которая определила свой путь, призывая мир к идее добрососедства и миролюбия, к жизни без ядерного оружия. Елбасы мыслит очень далеко и практически безошибочно. Признаюсь, вначале я как военный был против подобных инициатив. Но, поразмыслив, понял всю мудрость и дальновидность такого решения. К тому же история нашего Отечества очень богата на славные события, ведь не зря наша страна занимает девятое место в мире по площади. Я подумал: если наши великие предки единством и силой духа смогли отстоять такую землю и территорию, тогда и мы сможем сделать то же самое даже без ядерного оружия. Думаю, так мыслило большинство.
– Зарубежная общественность признала такой шаг самым значимым в мировой истории и наградила Первого Президента республики Казахстан почетным званием. Вы, как известно, были непосредственным участником данного события?
– Будучи вице-президентом международной организации за мир и безопасность, штаб квартира которой находится в г. Вене, я совместно с нашей делегацией поехал в Австрию на международную конференцию. Там встал вопрос о присвоении звания «Рыцарь Мира № 1». Представители более 30 государств говорили и восхваляли своих лидеров и президентов. Естественно, я нажал свою кнопку под счастливым номером семь и сказал: «Безусловно, все вы являетесь патриотами своей Родины, все вы любите своих президентов, я тоже такой же патриот. Но я хотел бы сказать о нашем Президенте. Скажите, кто из ваших президентов отказался от ядерного оружия, самого грозного оружия в мире?». В зале стояла тишина. Я продолжил: «А кто из ваших президентов объявил о многовекторной политике своей страны?». Здесь зал дружно зааплодировал нам. И так наш Президент был удостоен звания «Рыцарь Мира № 1». Мы привезли этот орден в Казахстан, и во Дворце Мира и Согласия в присутствии представителей 32 стран этот орден был вручен Нурсултану Назарбаеву.
– Случались ли в вашей жизни неприятные инциденты?
– Да. Были проблемы и безосновательные обвинения, связанные с исчезновением боевых истребителей МИГ. Слава Богу, все это позади, я отстоял свое честное имя. В связи с этим я хотел бы выразить огромную благодарность всему казахстанскому народу и, конечно же, воинам-афганцам. Они на деле доказали свою искренность в помощи в то нелегкое для меня время. После этого случая я не хотел больше служить в вооруженных силах. Одному из своих друзей-генералов сказал: «Военный человек, вне зависимости от того, виновен он или нет, не вешается и в тюрьму не идет. Он должен застрелиться. Не знаю, как повернется это дело, но я в тюрьму не пойду. Я застрелюсь. Жена у меня молодая, ей еще жить и жить, может, и замуж выйдет. Когда мои дети спросят тебя, почему их отец застрелился, ты должен им рассказать всю правду. У меня ничего нет, кроме заработной платы. Но ты должен присмотреть за ними». Он пообещал выполнить мою просьбу. И вот, когда мы вышли из зала суда, одна девушка, журналист телеканала, спросила меня о том, почему я пришел в суд в гражданской одежде. Я ей ответил, что не хочу позорить честь генерала. Но если существует в жизни хоть какая-то справедливость, то я выйду из зала суда в генеральской форме. И я вышел в форме. Знаете, у казахов есть такие понятия, как «аруах» и «тагдыр». Это сакраментальные, необъяснимые таинства в судьбе человека. Они несут правду и справедливость, ведь время мудро все ставит на свои места.
– С вашим опытом и знаниями у вас были все шансы стать министром обороны РК. Почему вы не стали им?
– Конечно, была такая возможность. Но для начала отмечу, что Министерство обороны по своей сути никак не может быть коммерческим предприятием наподобие ТОО. Его первостепенной задачей является мобилизация и переброска войск в предназначаемые места, подготовка и обучение профессиональных кадров, а финансирование и содержание – в компетенции государства. Деньги в войсках не водятся, это не рынок. Я был на протяжении девяти месяцев заместителем министра обороны РК. Однажды меня пригласил к себе Первый Президент страны и спросил, почему я не хочу занять столь высокий пост. Ведь по закону после шести месяцев мне полагалось уже стать министром. Я сказал Елбасы, что дело не в этом посте. Министр должен постоянно крутиться в политической среде, знать иностранные языки, заниматься финансовыми вопросами, быть на различных встречах и т.д. То есть быть хорошим менеджером. Лучше пусть этот пост займет красивая женщина, ведь за рубежом такая практика наблюдается довольно часто. Но в Генеральном штабе должен быть только мужчина. И я остался в Генштабе. Мне предлагали пост министра три раза, и все три раза я от него отказывался.
Расскажите, как вы получили звание «Халық Қаһарманы»?
– Предыстория такова. 5 декабря 2008 года мне приснился сон: на моей груди сверкает яркая звезда. Я и не думал о какой-либо награде, потому что все награды, которые можно было получить, я уже получил. 15 декабря мне звонит Даниал Ахметов и спрашивает относительно наград. Я ему ответил, что у меня их столько, сколько нет ни у одного из них. Затем наш Первый Президент собрал все Правительство и сообщил, что именно 5 декабря, когда я видел этот сон, он подписал Указ о присуждении мне звания «Халық Қаһарманы». Признаться честно, для меня это было большой неожиданностью. В день вручения меня попросили прийти в парадном костюме. Я тщательно подготовился, достал из шкафа свою генеральскую одежду, надел лакированные туфли, как назло в такой момент им было суждено оказаться на один размер меньше, и поехал на вручение. В этот момент мне сообщили, что Елбасы решил встретиться со мной на 40 минут раньше. В здании Правительства одна женщина, ждавшая кого-то, обратила на меня внимание и заметила, что я танцую от волнения. Я объяснил ей, что мое поведение продиктовано не волнением, а чрезмерно маленьким размером туфлей.
…И вот меня пригласили войти. Мы душевно поговорили с Елбасы. Он сказал мне, что много слышал о моем разговоре с маршалом Соколовым. О том, что, читая газету «Комсомольская правда», он гордился, что там опубликованы статьи с моим именем. Первый Президент напомнил, что куда бы он меня ни направлял – и в огонь и в воду – я ни разу не возмутился и не сказал ни единого слова. Он также напомнил случай, произошедший ко Дню Конституции РК, когда я стоял на трибуне вместе с его внуком Айсултаном. Тогда у меня скончался сын, но я не мог показать, что сердце у меня разрывается от невыносимой боли. Елбасы все знал тогда, видимо, наблюдал за мной. Я ему благодарен, что он оценил все мои заслуги перед отечеством. Затем я вступил в партию «Nur Otan» и стал депутатом. Там я понял одно, что депутаты – это не соперники, бьющие морды друг другу, как показывают на Украине. Нет! Мы живем единой Конституцией. Другое дело, когда идет обсуждение каких-либо законопроектов или новшеств, вот там идет напряженная работа с доказательствами и обоснованием.
– Что повлияло на ваше решение стать военным человеком?
– Я вырос без отца, он скончался, когда мне было восемь месяцев. Аул меня воспитал и выучил жизни. У меня никогда не было каникул или выходных. Нужно было много и упорно работать, продавая сено и пшеницу, чтобы прокормить семью и, в конце концов, одеть себя. Я считаю, на мою военную карьеру повлияло то, что Бауыржан Момышулы был моим земляком. Мы всегда им гордились. На его характер повлияла суровая природа и сильные ветра, которые встречаются на перевале Куюк. Я часто задумывался, почему этот великий человек стал писателем? Потом понял, что он думал о нас – потомках. Когда Александр Бек писал про него книгу «Волоколамское шоссе», Бауыржан Момышулы сказал ему, если он напишет правду, он расскажет о своей истории, если же нет, то не расскажет. Эта книга в Израиле вручается вместе со званием лейтенанта. На Кубе есть улицы и даже дивизии, названные именем Бауыржана Момышулы. В Японии военные изучают его книгу под названием «Философия войны». Это был первый аспект моего решения стать военным. Второй заключался в финансовых трудностях. Благо, сегодня в моем ауле мы совместно с местными жителями построили хорошую мечеть, протянули водопроводы и заасфальтировали дороги. Даже муфтии Казахстана хотят приехать туда и посмотреть нашу мечеть.
– Насколько патриотична нынешняя молодежь?
– Сегодня мы немножко упустили нашу молодежь. Мы отдали ее на воспитание компьютерам, гаджетам, и, что еще хуже, они попадают под влияние западной культуры. Если ты верующий человек – веруй! Люби Бога сердцем и без фанатизма. Не обязательно отращивать бороду и носить короткие штаны. Например, в Актобе молодежь и старики были двуязычными, но появились миссионеры из Пакистана и других стран и вовлекли нашу молодежь в секты экстремистского толка. Для того чтобы служить великой идее в великой стране, нужно получить сначала материнское благословение. Считаю, что без одобрения и понимания родителей ни одно дело не приведет к успеху человека. Городская молодежь разительно отличается от аульских джигитов. Поэтому они должны воспитывать в себе дисциплину, работать над собой во благо родного Отечества.
– В чем заключается патриотизм?
– Что такое патриотизм? Родину надо любить сердцем, а не языком. Патриотизм – это знание истории своей страны, знание своего языка и готовность в самый ответственный момент отдать жизнь во имя Родины! Когда наша страна отмечала 25-летие Вооруженных сил РК, мы подошли с нашим Первым Президентом к людям, там стояли ветераны ВОВ и генералы. И когда мы подняли тост, Елбасы спросил меня, есть ли у офицеров какое-либо кредо. Тут я произнес девиз, который, как я думаю, касается каждого патриота: «Душа – Богу, сердце – женщине, жизнь – Родине!». Вот это и есть настоящий патриотизм!
– Но патриотизм зиждется на примерах настоящих героев. А каким должен быть герой нашего времени? Как его воспитать?
– Жизнь – непростая штука. Мы должны возрождать национальный дух, опираясь на образы народных героев. Почему бы нам не учредить свои ордена имени Кабанбай батыра, Наурызбай батыра, Райымбек батыра и других героев? Мы должны передать молодым память о таких великих полководцах, как Бауыржан Момышулы, вечных героях, как Маншук Маметова, Алия Молдагулова и многих других, воспитывать детей на их примерах. Знаю по собственному жизненному опыту, что человек, который растет в достатке и воспитан однобоко, никогда не станет великим полководцем или героем, как Буденный, Суворов и др. Солдат, не понимающий гражданской жизни, тоже никогда не станет настоящим солдатом. Сам же офицер должен быть профессионалом своего дела, любить Родину и любить солдат, как своих родных сыновей.
Бахтияр ТОХТАХУНОВ

Комментарий