Елең еткізер | АктуальноҚоғам | Общество

КТО ОТВЕТИТ ЗА СМЕРТЬ РЕБЕНКА?

Вечером 24 декабря 2019 года в районе поселка Алгабас Мактааральского района Туркестанской области по трассе Ташкент – Термез верхом на коне передвигался 16-летний юноша Бейбарс Айтан. Каждый день именно в это время он перегонял домой пасущихся в поле верблюдов. Трасса здесь не особо оживленная: за 10-15 минут пролетит одна или две машины, чаще всего груженые фуры…

Ничего не подозревавший Бейбарс, собираясь пересечь дорогу, остановился у обочины и стал ждать, когда мимо него проедет быстро несущийся КамАЗ. И тут случилось непредвиденное: в момент приближения ревущего грузовика конь под мальчиком вдруг чего-то испугался и встал на дыбы. Мальчик упал на холодный асфальт… Далее глазам очевидцев предстала страшная картина…

Эта трагическая история – лишь часть того, что было описано в письме, поступившем в редакцию «Юридической газеты» от жителя Мактааральского района Туркестанской области Кенжебека Орынбасарова – отца погибшего Бейбарса.

По его словам, расследование по делу гибели его сына тянется уже более полугода, виновная сторона до сих пор не понесла никакой ответственности, а следствие проходило с явными нарушениями уголовного и уголовно-процессуального законодательства. Для полного и всестороннего расследования этого дела корреспондентам «Юридической газеты» и «Заң газеті» пришлось отправиться в Туркестанскую область. Выехав из Алматы ранним утром, ночью того же дня мы уже прибыли в село Мактаарал. Нас с нетерпением ждал отец мальчика Кенжебек Орынбасаров. Еле сдерживая слезы и эмоции, переполнявшие его отцовское сердце, он курил сигареты одну за другой, затем, немного успокоившись, начал свой рассказ.

– Бейбарс был нашим первенцем. Хороший и честный мальчик. Как самый старший ребенок (в семье есть еще четверо детей), он ко всему относился с большой ответственностью, был самостоятельным, всегда помогал в домашних делах, слушался нас. В тот роковой вечер он сообщил мне, что съездит в поле, чтобы перегнать несколько верблюдов на зимнюю стоянку. О, Всевышний! Если бы я знал тогда, что говорю в последний раз с моим мальчиком… (мужчина надолго замолчал, затем снова продолжил – Авт.). Я был тогда вместе со своим старшим братом, с которым мы ездили по делам. И тут к вечеру по поселку разнеслась весть, что кого-то задавила машина. Еще толком не понимая происходящего и не имея ни малейшего представления, что это могло случиться с моим сыном, мы с братом выехали на место происшествия. По пути я заметил нашего коня, бежавшего в обратном направлении вдоль дороги. Мое сердце бешено забилось, в висках застучало… Когда мы прибыли на место происшествия, там уже стояла машина скорой помощи, полиция, и было много людей вокруг… Я быстро побежал к месту трагедии и узнал своего сына по одежде… Было много крови, его тело еще не успело остыть, я, плача навзрыд, обнял сверху, закрывая его собой. Дальше уже все было как в тумане, – рассказывает отец погибшего.

По словам одного из очевидцев, 14-летнего школьника Асылбека Бейбитбека, который в момент аварии был в 50 метрах от места трагедии, Бейбарс ехал верхом на своем коне по обочине, ждал, когда проедет с грохотом несущийся КамАЗ, он хотел переправиться на другую сторону дороги. Внезапно, то ли из-за резкого сигнала клаксона, то ли из-за слишком близкого расстояния несущейся машины, конь под юношей встал на дыбы и сбросил его. Мальчик лишь успел закрыть рукой голову, а свидетели услышали громкий скрежет колес.

– Увидев, что КамАЗ остановился, мы перестали играть и с недоумением смотрели на происходящее. Из грузовика выскочил водитель,он подбежал к извивавшемуся парню на дороге. Затем стал судорожно кому-то звонить. Посмотрев по сторонам (видимо, нас он не заметил), сел обратно за руль грузовика и быстро уехал. Тело осталось на дороге. Когда мы подбежали, то увидели лежащего лицом к земле в луже крови Бейбарса, – говорит А. Бейбитбек. Как отмечает отец погибшего мальчика К. Орынбасаров, после происшествия мимо места трагедии примерно с 15-минутным интервалом проехали еще два КамАЗа, и ни один из них не остановился (эти грузовики возили глину из карьера, предназначавшуюся для строительства водяного канала). Никому не было дела до ЧП на дороге.

– Были допрошены все свидетели, и через несколько часов взяли подозреваемого – уроженца Сайрамского сельского округа Назимбека Юлдашева, 1990 года рождения. Потом еще двоих его коллег – Сухропа Султанмуратова и Адхамжана Эралиева, которые ехали в тот вечер по одному и тому же маршруту. Все они везли глину для строительства водяного канала, у них был план – быстрее закончить рейс и уехать домой. Проверив все данные, следствие обнаружило, что водитель Н.Юлдашев несколько раз звонил своему родственнику С. Султанмуратову (водителю другого грузовика) именно в то время, когда был задавлен мой ребенок.Они знали, что произошла трагедия, и даже встречались тайком, чтобы обсудить детали происшествия. Об этом мне сказал сторож, работавший на автостоянке, где на ночь оставляли КамАЗы сами водители.

Вскоре выяснилось, что водитель, сбивший моего сына, не имел при себе никаких документов на машину, и на сам грузовик тоже не было документов. По факту досудебного расследования начальником отдела дознания капитаном полиции Мактааральского района Сырлыханом Ганиевым было зарегистрировано уголовное дело по ч. 3 ст. 345 «Нарушение правил дорожного движения или эксплуатации транспортных средств лицами, управляющими транспортными средствами, повлекшее по неосторожности смерть человека». Дознаватель, допрашивавший подозреваемого, отпустил водителя домой спустя четыре часа. Как такое возможно, когда все детали и улики указывают именно на виновное лицо, а его отпускают? – задается вопросом убитый горем отец Бейбарса.

КУДА ПОДЕВАЛИСЬ УЛИКИ?

Семья, потерявшая сына, была не в состоянии реагировать на происходящее, поскольку ей нужно было организовать похороны, а это, как известно, выбивает из колеи любого человека. Родственники потерпевшей стороны отмечают, что на похороны приходили представители виновной стороны – Н. Юлдашева, но оказывается не для того, чтобы выразить свои соболезнования, а просто понаблюдать.

По словам К. Орынбасарова, после похорон он ждал, что орган дознания ознакомит его с материалами уголовного дела. Единственным документом, который он имел на руках, было свидетельство о смерти сына, но что было написано в заключении судебно-медицинской экспертизы – так и осталось тайной за семью печатями.

– Я хорошо помню, что проводилась фотосъемка с места трагедии. На асфальте виднелись следы от черной резины, а также… частицы волос с головы Бейбарса, которые растянулись аж на 15 сантиметров. На затылке сына я увидел дыру – явное свидетельство того, что его грубо переехал КамАЗ, зацепив голову болтом, торчащим на заднем мосту между колесами. Мальчишки, свидетели трагедии, подтверждают, что мой сын пытался защититься от столкновения с грузовиком, закрывая голову руками, поэтому одна его рука была сломана. После 40 дней мы с женой ждали, когда следствие ознакомит нас с заключением медэкспертизы и ходом уголовного дела, но из полиции к нам никто не приходил. Также не давала о себе знать и виновная сторона. Мы осознаем, что нашего мальчика нам уже никто не вернет, мы приняли эту боль и будем жить
с ней до своих последних дней… Но если бы они (виновник ДТП – Авт.) пришли к нам и по-человечески выразили свои соболезнования, попросили прощения, разве бы мы не простили их? – вопрошает, вытирая слезы, отец погибшего юноши.

Не дождавшись внятного ответа от отдела полиции Мактааральского района, окончательно потеряв терпение, Кенжебек Орынбасаров выезжает в Туркестанскую область. Попав на прием к начальнику областного Департамента полиции, он узнает, что его ребенок якобы погиб не в результате ДТП, а вследствие падения с лошади. «Так чего же вы теперь хотите?» – спросили ошарашенного родителя. И только после того, как были предъявлены показания свидетелей и очевидцев трагедии, руководство областного Департамента полиции признало, что располагало совершенно иной информацией об обстоятельствах дела. Вскоре по этому делу ими был назначен другой следователь – Медеу Амантай, который стал заново собирать и изучать материалы уголовного дела.

Напрашивается вопрос: куда же подевались первично собранные материалы дела? По словам отца погибшего, из-за недостаточно тщательного изучения всех обстоятельств дознавателем, а также некорректного заключения первой судебно-медицинской экспертизы тело погибшего Бейбарса Айтана пришлось эксгумировать и проводить повторное исследование. Что касается халатности самих дознавателей, допустивших, как говорит сам К. Орынбасаров, недонесение важных вещественных доказательств, то в этом предстоит разобраться ДВД по Туркестанской области.

ДО ПРАВДЫ НЕ ДОСТУЧАТЬСЯ

Убедившись в том, что потерпевшая сторона действительно не располагает никакими документами по обстоятельствам дела гибели своего ребенка, на следующий день мы отправились за разъяснениями к руководству ОП Мактааральского района. Но отдел полиции будто вымер: к нашему разочарованию, ни руководства – начальника отдела полиции полковника Адилбека Сапарбекова, ни его первого заместителя Касымхана Сатыбалдиева, а также начальника отдела дознания капитана полиции Сырлыхана Ганиева – мы там не нашли. Объяснялось все это довольно банально: начальник очень занят, а дознаватель С. Ганиев, который «вел» дело, в отпуске. «Абсолютно закрытая полиция в этом районе. Не достучишься», – подумали мы, как вскоре, поле настоятельных требований, к нам вышел замначальника отдела, подполковник полиции Нурсултан Ашимов.  Однако и он тоже не мог дать разъяснений по возникшим вопросам, так как это не входило в его компетенцию.

Судя по всему, полицейским Мактааральского района закон не писан. Во-первых, согласно п.п. 1, 2, 3, 4 ч. 6 ст. 71 УПК РК «потерпевший имеет право: знать о предъявленном подозрении и обвинении; давать показания на родном языке или языке, которым владеет; представлять доказательства; заявлять ходатайства и отводы». Также согласно ч. ч. 9, 10 и 11 той же статьи потерпевший имеет право: «знакомиться с протоколами следственных действий, производимых с его участием, и подавать на них замечания; участвовать с разрешения следователя или дознавателя в следственных действиях, проводимых по его ходатайству либо ходатайству его представителя; знакомиться по окончании досудебного расследования со всеми материалами дела, выписывать из него любые сведения и в любом объеме, за исключением сведений, составляющих государственные секреты». Но, самое главное, потерпевший, согласно ч. 18 этой же статьи, имеет право приносить жалобы на действия (бездействие) органа, ведущего уголовный процесс.

Как видим, ни с одним из вышеприведенных пунктов К. Орынбасаров ознакомлен не был. Помимо этого, согласно закону, а именно ч. 6. ст. 199 УПК, «протокол предъявляется для ознакомления всем лицам, участвовавшим в производстве следственного действия. Им разъясняется право делать замечания, подлежащие внесению в протокол. Все  внесенные в протокол замечания, дополнения, исправления должны быть оговорены и удостоверены подписями этих лиц». Но протокола никто из потерпевших сторон так и не увидел.

Во-вторых, много вопросов вызывают не только ошибки со стороны первого дознавателя, который непонятно почему оставил без внимания ряд доказательств, способствовавших оперативному раскрытию преступления (предоставление недостоверной информации руководству о гибели несовершеннолетнего мальчика), но и действия судебно-медицинского эксперта. Ведь есть свидетели, которые прекрасно видели, что мальчик был сбит грузовиком, а подозреваемый Н.Юлдашев в момент совершения ДТП, видя предсмертное состояние пострадавшего, поступил с ним бесчеловечно: не только не вызвал скорую медицинскую помощь, но и скрылся с места происшествия. Сам же судебный медэксперт оставил без внимания факты ранений и переломов на теле погибшего юноши, из-за чего пришлось заново эксгумировать труп для всестороннего анализа и изучения всех обстоятельств дела.

ВЗЯТ ПОД СТРАЖУ

Так и не получив исчерпывающих комментариев со стороны ОП Мактааральского района, мы направились в Туркестанский областной суд г. Туркестана, который инициировал арест подозреваемого Н. Юлдашева незадолго до нашего приезда. Там мы выяснили, что буквально 5 мая 2020 года усилиями следователя Медеу Амантая в соответствии со ст.ст. 128- 131 Уголовно-процессуального кодекса РК подозреваемый был задержан и на следующий день постановлением Специализированного следственного суда г. Туркестан Туркестанской области взят под стражу сроком на два месяца. Действия подозреваемого квалифицированы по ч. 3 ст. 345 УК РК «Нарушение правил дорожного движения или эксплуатации транспортных средств лицами, управляющими транспортными средствами, повлекшее по неосторожности смерть человека» и ч. 1 ст. 347 «Оставление места дорожно-транспортного происшествия лицом, управляющим транспортным средством и нарушившим правила дорожного движения или эксплуатации транспортных средств, в случае наступления тяжких последствий».

Вскоре адвокат подозреваемого Т. Жолдасов обратился с частной жалобой в апелляционную судебную коллегию по уголовным делам Туркестанского областного суда и попросил изменить меру пресечения своего подзащитного посредством внесения залога или же в виде домашнего ареста. Однако апелляционная коллегия оставила ходатайство адвоката без удовлетворения. Кроме того, 13 мая 2020 года Специализированный следственный суд г. Туркестана Туркестанской области под председательством судьи А. Токсанбаева, руководствуясь п. 1 ч. 7 ст. 107, ч. 1 ст. 416, п. 1 ч. 1 ст. 431 УПК, вынес постановление: меры пресечения в виде содержания под стражей Н. Юлдашева оставить без изменения, частную жалобу адвоката Т. Жолдасова оставить без удовлетворения. Постановление является окончательным и обжалованию, опротестованию не подлежит.

P. S. Кенжебек Орынбасаров устало провожал нас домой. В его глазах читалось большое разочарование деятельностью представителей местных правоохранительных органов, в этом он убедился, проехавшись вместе с нами по различным инстанциям. Незадолго до нашего отъезда мы побывали с ним на месте трагедии. Я сфотографировал эту злополучную трассу. Как говорит сам К. Орынбасаров, трасса не особо оживленная: то и дело раз в пять-десять минут да пролетит какая-нибудь иномарка или грузовой транспорт. Родственники потерпевшей стороны рассказали мне, что каждый день отец мальчика приходит на место гибели сына. Сидит там часами… Никому нет дела до одинокой фигуры мужчины, сидящего на обочине дороги и глядящего в одну точку… Роняя горькие мужские слезы, он просит прощения у своего сына, за то, что не был рядом в тот трагический день…

P. P. S. В день публикации этого материала нам все же удалось дозвониться до первого дознавателя Сырлыхана Ганиева, который сообщил, что дознавателем по делу о гибели мальчика был другой человек по имени Сабырхан Нурлан.

– Я – начальник отдела дознания. Данное дело вел Сабырхан Нурлан. Я не вел это дело. Этот человек на работе сейчас, поэтому все вопросы можете задать лично ему. Сначала это происшествие изучал следователь Жанибек Имангали, однако из-за того, что уголовное дело не рассматривалось, его передали Сабырхану Нурлан. Возможно, потерпевшая сторона путает меня, потому что там назначали нескольких человек для полного и всестороннего расследования уголовного дела. Еще раз повторю, что меня просто перепутали, я к этому делу никакого отношения не имею, – прокомментировал С. Ганиев.

Позвонили второму дознавателю Сабырхану Нурлан, который, как это неудивительно, ответил на интересующие нас вопросы, в частности, куда запропастились документы первого следствия.

– Изначально по наряду там был другой следователь, они направили дело в отдел дознания. Согласно действующему законодательству мы стараемся правильно и детально изучать все обстоятельства преступления, и документы, необходимые для ведения уголовного дела, мы потерять не можем. Это ничем необоснованное предположение потерпевшей стороны. Мы провели всю необходимую экспертизу – лакокрасочную и трассологическую. В начале назначения экспертизы отец погибшего обращался с заявлением в областной Департамент полиции, после этого дознаватели областной полиции забрали у нас это дело под свой контроль, коим занимаются и по сей день.

– Нурлан, но ведь отцу мальчика в областном Департаменте полиции сказали, что причиной смерти его ребенка явилось падение с лошади?

– Это было одно из предположений следствия, не утверждение. Понимаете, там изучались все обстоятельства дела, и нам было важно взвесить все версии. Есть предположение, что, когда человек падает с лошади на асфальт, он также может получить тяжелейшие травмы. Это тоже возможно, но мы не утверждали это конкретно.

– Почему подозреваемого Н. Юлдашева отпустили спустя несколько часов после допроса?

– Согласно действующему законодательству у нас не было оснований задерживать Н. Юлдашева больше трех часов. Если бы мы определили его как подозреваемое лицо, то в таком случае, согласно УПК, мы могли бы продержать его более восьми часов, но в то время он не числился в списке подозреваемых. Если бы мы продержали его больше положенного времени, то это бы квалифицировалось как нарушение конституционных прав данного гражданина. Потерпевшая сторона не учла эти моменты. Их тоже можно понять, потому что они потеряли своего ребенка и могут задаться непонятными для них вопросами в отношении следствия. Все это проходило в рамках установленного законодательства, и мы не имеем права превышать свои полномочия, потому что есть более высокие ведомства, которые тщательно следят за нашей работой, – объяснил С. Нурлан.

Ниже мы приводим ответ Отдела полиции Мактааральского района, который также получили незадолго до выхода этого материала. «24 декабря 2019 года примерно в 17:00 часов на трассе Ташкент – Термез, проходящей через Мактааральский район Туркестанской области, в населенном пункте Алгабас Бирликского сельского округа неизвестный водитель сбил несовершеннолетнего и скрылся с места ДТП. Из-за телесных повреждений, полученных в ДТП, подросток скончался на месте.

Данный факт в тот же день был зарегистрирован в Едином реестре досудебных расследований по ст. 345 УК РК «Нарушение правил дорожного движения или эксплуатации транспортных средств лицами, управляющими транспортными средствами» и по ст. 347 «Оставление места дорожно-транспортного происшествия».

Для раскрытия преступления был назначен ряд судебных экспертиз. Полицейские провели оперативно-розыскную работу, согласно заключению экспертиз задержали подозреваемого, причастного к данному делу. 5 мая 2020 года подозреваемый с санкции суда был арестован сроком на два месяца. 26 мая 2020 года по данному делу назначена комплексная судебная экспертиза. В настоящее время результаты экспертизы не готовы.

После получения заключения уголовное дело с обвинительным актом будет направлено в прокуратуру области для изучения и дальнейшего определения подсудности в соответствии с требованиями ст. 300 УПК РК».

Редакция «ЮГ» держит это дело на контроле. Будем надеяться, что органы полиции и суд Туркестанской области доведут его до конца, а виновник в гибели подростка понесет заслуженное наказание.

Бахтияр ТОХТАХУНОВ
Алматы – Мактааральский район Туркестанской области – Алматы

Нашар | ПлохоОнша емес | Так себеБолады | НормальноЖақсы | ХорошоКеремет | Отлично МАТЕРИАЛДЫ БАҒАЛАҢЫЗ | ОЦЕНИТЕ МАТЕРИАЛ

Загрузка...

Комментарий