Құқық | Право

Сделка с правосудием: казахстанская модель

Одной из новелл в уголовном законе, направленных на гуманизацию при назначении наказания, является институт процессуального соглашения. Процессуальное соглашение заключается между прокурором и подозреваемым, обвиняемым или подсудимым на любой стадии уголовного процесса или осужденным в порядке и по основаниям, предусмотренным УПК. Данный институт еще называют «сделкой с правосудием».

Основными нормативными правовыми актами, регламентирующими вопросы согласительного производства, являются Уголовно-процессуальный и Уголовный кодексы РК в редакции от 3 июля 2014 года, вступившие в действие с 1 января 2015 года, и Нормативное постановление Верховного Суда РК от 7 июля 2016 года № 4 «О практике рассмотрения судами уголовных дел в согласительном производстве». Главой 63 раздела 13 УПК предусмотрен порядок производства по делам, по которым заключено процессуальное соглашение. В соответствии с п. 37 ст. 7 УПК процессуальное соглашение – это соглашение, заключаемое между прокурором и подозреваемым, обвиняемым или подсудимым на любой стадии уголовного процесса или осужденным в порядке и по основаниям, предусмотренным настоящим кодексом. Законом предусмотрена возможность заключения двух видов процессуальных соглашений: – в форме сделки о признании вины – по преступлениям небольшой, средней тяжести либо тяжким преступлениям – в случае согласия подозреваемого, обвиняемого с подозрением, обвинением;
– в форме соглашения о сотрудничестве – по всем категориям преступлений при способствовании раскрытию и расследованию преступлений, совершенных преступной группой, особо тяжких преступлений, совершенных иными лицами, а также экстремистских и террористических преступлений. Сделка о признании вины предполагает добровольность волеизъявления подозреваемого, обвиняемого на заключение такого соглашения, если они не оспаривают подозрение, обвинение, имеющиеся по делу доказательства, характер и размер причиненного вреда, а также, если потерпевший согласен с заключением такой сделки (ст. 613 УПК). Вместе с тем на сегодняшний день наблюдается тенденция по злоупотреблению со стороны органов уголовного преследования данным институтом для улучшения своих показателей по раскрываемости преступлений. Презумпция невиновности – один из основополагающих принципов уголовного судопроизводства, заключающийся в том, что лицо считается невиновным, пока его вина в совершенном преступлении не будет доказана в порядке, предусмотренном законом, и установлена вступившим в законную силу приговором суда. Основной принцип презумпции невиновности гласит: «Бремя доказывания уголовной вины лежит на обвинителе». Его формулировка содержится в ст. 77 Конституции РК: «Лицо считается невиновным в совершении преступления, пока его виновность не будет признана вступившим в законную силу приговором суда». Данный принцип провозглашен в ст. 11 Всеобщей декларации прав человека, которая принята Генеральной Ассамблеей ООН, а также в ст. 14 Международного пакта о гражданских и политических правах.
Раньше по преступлениям, совершенным в группе, если один или несколько подозреваемых лиц не признает вины и нет никаких доказательств его причастности к совершенному преступлению, орган досудебного расследования, не утруждая себя сбором доказательств, мог склонить одного или нескольких его предполагаемых соучастников к признанию вины и заключению процессуального соглашения в обмен на смягчение приговора. После этого прокурор в соответствии со п. 4 ч. 1 ст. 44 УПК выделял уголовное дело в отношении этих подозреваемых в отдельное производство и направлял дело в суд. После того как в отношении данных лиц оглашался приговор, прокурор направлял в суд уголовное дело в общем порядке в отношении того лица, которое не признает вины.Согласно ч. 1 ст. 22 УПК судья при отправлении правосудия независим и подчиняется только Конституции РК и закону. Но в этом случае суд обязан вынести обвинительный приговор данным лицам, так как в силу требований ст. 127 УПК вступивший в законную силу приговор в отношении его соучастников, признавших вину, обязателен как для установленных обстоятельств, так и для их правовой оценки по отношению к лицу, о котором они вынесены.
То есть суд, рассматривая уголовное дело в отношении подсудимых, не признающих свою вину, связан приговором суда в отношении лиц, с которыми заключено соглашение о признании вины. Так, например, уголовное дело в отношении Т. и К. по п. 2 ч. 4 ст. 190 УК поступило в суд с процессуальным соглашением о признании вины. Приговором суда от 10 января 2017 года К. и Т. признаны виновными по п. 2 ч. 4 ст. 190 УК с назначением наказания в виде лишения свободы сроком на пять лет условно. При этом выделенное уголовное дело в отношении их соучастника О., который вину не признавал, поступило в общем порядке, и приговором суда от 14 февраля 2017 года О. признан виновным по п. 2 ч. 4 ст. 190 УК с назначением наказания в виде лишения свободы сроком на пять лет. На основании ч. 2 ст. 4 Закона РК «Об амнистии в связи с двадцатипятилетием Независимости Республики Казахстан» от 13 декабря 2016 года № 27-VI срок наказания сокращен на одну четверть, к отбытию назначено наказание в виде лишения свободы сроком на три года девять месяцев условно. В данном случае суд, признавая О. виновным в совершении указанного преступления, сослался на состоявшийся и вступивший в законную силу обвинительный приговор от 10 января 2017 года в отношении его соучастников, где установлена причастность О. в совершении мошенничества, совершенного в группе лиц по предварительному сговору, в особо крупном размере. Постановлением судебной коллегии по уголовным делам суда г. Астаны от 4 апреля 2017 года данный приговор суда оставлен без изменения. При этом в акте вышестоящей инстанции также имеется ссылка на ст. 127 УПК о том, что «обвинительным приговором районного суда № 2 Есильского района г. Астаны от 10 января 2017 года К. и Т. по данному эпизоду мошенничества признаны виновными в совершении уголовного правонарушения, предусмотренного п. 2 ч. 4 ст. 190 УК, и осуждены к пяти годам лишения свободы с применением ст. 63 УК условно». И подобного рода факты не единичны. Таким образом, при вышеуказанных обстоятельствах, преюдиция (ст. 127 УПК) даже при всех сомнениях в пользу подсудимого преобладает над всеми основополагающими принципами уголовного закона о необходимости тщательного, всестороннего исследования обстоятельств дела, в том числе и над презумпцией невиновности и других основных начал уголовного процесса. Для решения данной проблемы предлагалось внести изменения в законодательство, предусматривающие проведение досудебного расследования в отношении всех соучастников преступления без выделения в отдельное производство в отношении лиц, заключивших процессуальное соглашение, и, соответственно, их рассмотрение в суде также одним судьей одновременно. Или же внести норму, запрещающую заключение процессуального соглашения, если один из соучастников преступления возражает. Законом РК от 12 июля 2018 года № 180-VІ ЗРК «О внесении изменений и дополнений в некоторые законодательные акты Республики Казахстан по вопросам совершенствования уголовного, уголовно-процессуального законодательства и деятельности правоохранительных и специальных государственных органов» были внесены изменения в п. 4) ч. 1 ст. 44, где слово «соглашение» дополнено словами «о сотрудничестве». То есть из требований данной новой нормы закона следует, что суд, орган уголовного преследования вправе выделить из уголовного дела в отдельное производство другое уголовное дело в отношении подозреваемого, обвиняемого, подсудимого, с которыми прокурором заключено процессуальное соглашение только о сотрудничестве, но не о признании вины. Таким образом, в настоящее время у органа уголовного преследования исключена возможность в выделении в отношении участников группового преступления в отдельное производство уголовного дела в отношении соучастников, заключающих процессуальное соглашение в форме признания вины. Также вышеуказанным законом внесены изменения в ст. 614 УПК, и в настоящее время п. 2) ч. 1 данной статьи изложен в новой редакции: «судебное разбирательство дела в форме сделки о признании вины в соответствии с ч. 2 ст. 382 и гл. 64 настоящего Кодекса, за исключением уголовных дел о преступлениях, совершенных в соучастии, по которым не со всеми подозреваемыми, обвиняемыми, преданными суду, либо подсудимыми заключено процессуальное соглашение о признании вины».
Из смысла данной нормы закона следует, что уголовные дела, поступившие с обвинительным актом в отношении одних и с процессуальным соглашением в отношении других соучастников, подлежат рассмотрению в общем порядке. Вместе с тем в процессуальном законе данный порядок не урегулирован, то есть государственный обвинитель первоначально должен излагать суть предъявленного обвинения или сущность процессуального соглашения и т.д. Согласно п. 14 Нормативного постановления Верховного Суда РК от 7 июля 2016 года № 4 «О практике рассмотрения судами уголовных дел в согласительном производстве» при заключении соглашения о признании вины прокурор не вправе ставить условием его заключения признание подозреваемым, обвиняемым своей вины. В соглашении о признании вины в соответствии с п. 2) ч. 1 ст. 613 УПК является достаточным указание, что подозреваемый, обвиняемый не оспаривают подозрение, обвинение и имеющиеся по делу доказательства в совершении преступления, характер и размер причиненного ими вреда.
Однако наименование одного из видов процессуального соглашения «в форме сделки о признании вины» является не совсем удачным. Дело в том, что из-за присутствия в его наименовании словосочетания «признание вины» зачастую органы досудебного расследования и прокурор отказывают в заключении процессуального соглашения ввиду того, что подозреваемый, обвиняемый не признают своей вины. При этом закон требует,
чтобы подозреваемый, обвиняемый не оспаривали подозрение, обвинение и имеющиеся по делу доказательства в совершении преступления, характер и размер причиненного ими вреда. В связи с этим одним из вариантов наименования данного вида процессуального соглашения предлагается «сделка с правосудием» или же «согласие с обвинением». Если же исходить из мировой практики и природы процессуального соглашения, то его суть заключается в том, что обвинитель идет на некоторые уступки стороне защиты в обмен на то, что обвиняемый не оспаривает предъявленное обвинение.
Наш законодатель, перенимая данный опыт, не учел того, что главной целью здесь является
избежать проведения громоздкого судебного следствия перед судом присяжных. Кроме того, по действующему процессуальному закону Казахстана соглашение о признании вины может быть заключено в отношении преступления небольшой или средней тяжести либо тяжкого преступления или их совокупности. Сложившаяся ситуация согласуется с последними требованиями Главы государства о необходимости расширения института суда присяжных. Следует также отметить, что на сегодняшний день данный институт в нашей стране выполняет только одну из своих задач – это ускоренное досудебное производство и осуществление судебного разбирательства дела в сокращенном порядке, без проведения судебного следствия, судебных прений и предоставления последнего слова подсудимому. Однако основная задача, когда обвинитель идет на некоторые уступки стороне защиты в обмен на признание обвиняемым своей вины, превратилась в фикцию.
Прокурор, заключая такую «сделку» с подозреваемым, не может ему уменьшить обвинение, гарантировать минимальный срок или условную меру наказания, так как при заключении процессуального соглашения на досудебной стадии по действующему закону в соглашении о признании вины не должно содержаться условие, согласно которому суд должен назначить подсудимому определенный вид и размер наказания. Также прокурор, получив признательные показания, схему, способ совершения преступления соучастников и другие данные, может отказать в заключении процессуального соглашения.
Кроме того, если суд не согласен с видом или размером наказания, предусмотренным
соглашением о признании вины, считая его мягким, то уголовное дело в соответствии с п. 3)
ч. 1 ст. 623 УПК или п. 2) ч. 1 ст. 626 УПК возвращается прокурору с предоставлением возможности заключения нового соглашения.
В связи с этим на практике прокурор в настоящее время заключает процессуальное соглашение с подозреваемым, где ходатайствует перед судом о виде и размере наказания, которое суд назначит с учетом требований ст. ст. 55, 56 и 63 УК РК. То есть, исходя из требований действующего закона, ходатайство прокурора о виде и размере наказания не имеет никакого смысла. Таким образом, если государство в лице прокурора все-таки идет на «сделку» с преступником, то оно должно ему гарантировать вид и размер наказания, по которым они пришли к обоюдному согласию.
К. ДУЙСЕМБИЕВ,
судья районного суда № 2
Есильского района
г. Нур-Султана

Комментарий