Бас тақырып | Тема дня

ДОНОРСТВО ОРГАНОВ: ЗА И ПРОТИВ

В центре обсуждения проекта Кодекса «О здоровье народа и системе здравоохранения», состоявшегося в Алматы, находились вопросы вакцинации и трансплантологии. В данном мероприятии приняли участие зам. председателя Мажилиса Парламента РК Гульмира Исимбаева, член Комитета по социально-культурному развитию Мажилиса Парламента РК Зауре Аманжолова, вице-министр здравоохранения Ляззат Актаева, руководитель Управления общественного здоровья г. Алматы Тилеухан Абилдаев, первый зам. председателя алматинского городского филиала партии Nur Otan, работники системы здравоохранения, представители НПО и общественники.

Открывая мероприятие, Гульмира Исимбаева обратилась ко всем присутствующим со словами благодарности за то, что нашли время на обсуждение одного из наиболее значимых законопроектов, находящихся на рассмотрении в Мажилисе Парламента.

По словам вице-министра здравоохранения РК Ляззат Актаевой, с 2009 года в нашей республике действует Кодекс «О здоровье народа и системе здравоохранения». Теперь во исполнение поручения Елбасы разработана новая редакция кодекса, которая прошла все соответствующие действующему законодательству процедуры согласования.

– Проект кодекса прошел ряд публичных обсуждений в экспертном сообществе на площадке НПП «Атамекен», в Nur Otan. Пять раз обсуждался на открытом сайте НПА. На сегодня правительственная редакция кодекса внесена на рассмотрение в Мажилис, – рассказала Л. Актаева.

Проект кодекса затрагивает несколько основных направлений – это общественное здоровье, медпомощь, образование и наука, фармацевтическая деятельность, кадровая политика и цифровое здравоохранение.

Определенные опасения вызвали изменения, касающиеся норм трансплантологии, о вывозе органов за границу. Граждане обеспокоены перспективами массового вывоза органов для нужд иностранцев. В социальных сетях также не утихают дискуссии по этому поводу. Вместе тем в проекте кодекса предусмотрено, что вывозить органы для пересадки будут исключительно для граждан Казахстана, находящихся на лечении за рубежом. Также многих собравшихся интересовали вопросы презумпции согласия и несогласия на изъятие органов.

Условия изъятия органов

По данным, представленным Министерством здравоохранения, в случае смерти мозга у человека, находящегося в медорганизации, врачи могут изъять его органы для проведения трансплантации нуждающимся больным. В соответствии с п. 10 ст. 169 действующего Кодекса РК «О здоровье народа и системе здравоохранения» медицинская организация может изъять органы или часть органов даже в случае, если умерший человек не оформил надлежащим образом прижизненного согласия на данную процедуру. При этом изъятие органов или части органов умершего допускается, если медицинская организация на момент изъятия не была поставлена в известность о том, что при жизни это лицо либо его близкие родственники заявляли о своем несогласии на эту процедуру после смерти.

По словам Улугбека Медеубекова, заместителя председателя правления по научно-клинической работе АО «Национальный научный центр хирургии им. А.Н. Сызганова», до сих пор в практике Казахстана не было случаев вывоза органов за рубеж для оказания помощи.

– Эта норма внесена в проект кодекса для оказания помощи нашим согражданам. Большое количество казахстанцев находится в командировках и проживает за рубежом. В некоторых случаях пациент может оказаться нетранспортабельным и тогда, естественно, государство не может оставить его без помощи. Эта норма необходима для своевременной помощи нашим соотечественникам, а также для обеспечения реализации прав сограждан на полную медицинскую помощь, – сказал он.

Сразу после его выступления из зала общественный деятель задал вопрос Улугбеку Медеубекову: поступали ли заявления от граждан, находящихся за рубежом, на оказание помощи? Спикер ответил, что таких заявлений еще не было.

Участники встречи были озадачены, каким образом появилась данная инициатива при отсутствии заявлений. По мнению общественников, не должно быть презумпции согласия на лишение органов: если человек не дал письменного разрешения на изъятие или продажу органов, то никто не может этого сделать.

По словам Улугбека Медеубекова, донором не может выступать умерший человек, донором может стать лицо, у которого консилиумом врачей констатирована смерть мозга.

– Проектом внесены важные изменения. Так, если у нас в действующем кодексе имелось только два регистра – доноры и реципиенты, то в новом прописано право граждан на отказ от посмертного донорства. Гражданин может написать при жизни в поликлинику по месту жительства несогласие в том, что он может посмертно выступить донором, – объяснил собравшимся У. Медеубеков.

Еще одно важное нововведение: одно из изменений в п. 8 ст. 215 нового кодекса исключает право близких и опекунов препятствовать изъятию органов у человека после его смерти.

Есть два существующих подхода к изъятию органов в случае смерти мозга: презумпция согласия, если человек не оставляет после себя никакого завещания в отношении донорства своих органов, что дает право на изъятие, и презумпция несогласия – если человек не оставил соответствующего завещания, следовательно, его органы изыматься не могут.

По действующему закону (п. 10 ст. 169) близкие могли препятствовать процедуре изъятия. Новая инициатива Минздрава такую возможность исключает.

Как поясняет директор фонда Диабетического просвещения РК Наталья Тукалевская, в 2009 году, когда разрабатывался и обсуждался Кодекс «О здоровье народа и системе здравоохранения», также остро стоял вопрос: что должен иметь человек при себе – отказ или разрешение на донорство.

– Наша ассоциация провела опрос, позволяющий узнать, что думают люди. Мы опросили большое количество граждан во всех регионах Казахстана. И абсолютно все выразили мнение о том, что у человека должен быть выбор. Если он хочет быть донором, то должен подготовить документ о том, что согласен им быть. Тогда и сейчас ставился вопрос о том, что у человека должен быть при себе письменный отказ. Мы понимаем важность донорства. Наверное, пропаганда важности донорства входит в работу системы здравоохранения, но люди боятся. Не доверяют нашему здравоохранению, где-то обоснованно, где-то нет. Но страх есть, поэтому целесообразно проводить эту пропагандистскую работу постепенно, – поделилась мнением Н. Тукалевская.

Президент Общественного фонда «Аман-саулык» Бахыт Туменова поведала, что кроме морально- этических норм есть еще один очень важный фактор.

– Население мало доверяет государственным органам, а медицинские работники входят в эту группу. Нынешняя команда Министерства здравоохранения и наши специалисты стали заложниками этой ситуации из-за отсутствия информационной работы с населением. Более десяти лет тому назад, когда поднимали вопросы о трансплантации органов, я говорила, что нужно подходить к вопросу с позиции введения презумпции несогласия, которая более близка к правам человека, чем презумпция согласия. Различие заключается в том, если потенциальный донор не оставил завещания, это говорит о том, что он не был согласен на донорство при жизни, – рассказала Б. Туменова

По ее словам, презумпция согласия уже десять лет как работает в Казахстане.

– Но ее не использовали сами врачи, поскольку у нас трансплантология применяется еще недостаточно. Поэтому нужно принять презумпцию несогласия и параллельно популяризировать трансплантологию. Это необходимо, чтобы избежать неприятных ситуаций и не подставлять под удар медицинское сообщество, – заявила Б. Туменова.

Как пояснил Тлеуберди Куандыков, главный внештатный анестезиолог-реаниматолог г. Алматы, Казахстан не первооткрыватель в вопросе презумпции согласия, а наши специалисты проходили стажировку в странах ближнего и дальнего зарубежья, где ознакомились с различными подходами к решению этого вопроса.

– Есть страны кроме нас, где придерживаются презумпции согласия. Бригады, проводящие забор органа и проводящие трансплантацию больному, это разные группы и они независимы. Точно также работу регламентируют разные подзаконные акты. Констатация смерти мозга – необходимое условие для забора органа. Также далеко не каждый умерший человек может стать донором, так как существует множество противопоказаний, – рассказал Т. Куандыков.

На вопросы о том, что будет с неопознанными людьми, Тлеуберди Куандыков ответил, что в случае, когда неопознанный человек поступает в больницу, будучи лицом юридически не опознанным, он не может быть потенциальным донором, и изъятие органов у неопознанного лица запрещено по проекту кодекса. Дети, неопознанные лица не могут быть донорами.

Лист ожидания

Необходимо напомнить, что с 2015 года существует приказ, в котором четко прописано: любой гражданин РК может по месту жительства заявить о своем нежелании быть посмертным донором. Все закрепляется в информационной базе «Регистр прикрепленного населения» (РПН). Данный регистр доступен во всех медицинских организациях по всей республике на всех уровнях. Сегодня в РК на листе ожидания ждут возможности трансплантации 3128 пациентов, у которых нет родственников, которые могут стать для них донорами. Ежегодно около ста человек не доживает до того момента, когда они могут получить эту услугу. Согласно статистике оказания трансплантации в РК, около 95 процентов трансплантации происходит от живого родственного донора и только пять процентов – от доноров, у которых констатирована смерть мозга. В проект кодекса также внесены предложения о том, что Республиканский координационный центр, который координирует трансплантологическую службу в РК, дополнительно введет регистр несогласных, который будет доступен всем трансплантологическим центрам.

Одна из присутствующих на слушании – горожанка Ольга Максутова – реципиент почки. Она рассказала о том, как ей в ноябре 2019 года провели трансплантацию.

– Я находилась на гемодиализе полтора года. Здесь я выслушала других ораторов, например, мнения о том, стоит ли ради трех тысяч людей пересматривать что-либо в законе. Нельзя ставить на чашу весов даже жизнь одного человека. Также некоторые высказывались, что под трансплантологией хотят замаскировать другие проблемы медицины в РК. Я считаю, что так думают те, кто не сталкивался с вопросами хронической почечной недостаточности. Вы сходите в диализный центр и посмотрите на этих людей. Также кто-то высказался, что необходимо ввести понятие на собственность органов. Я считаю, что это неправильно, так как есть родственники, которые изъявили желание продать орган. Я выступаю за презумпцию согласия, а также считаю, что на законодательном уровне нужно защитить хирургов, чтобы впоследствии к ним не было претензий со стороны родственников, – очень эмоционально выступила Ольга Максутова, вызвав слезы у некоторой части аудитории.

Спорное нововведение

По словам президента общественного объединения «Национальная Медицинская Ассоциация» Айжан Садыковой, о введении презумпции несогласия она говорила еще 2009 году.

– Сейчас стоит вопрос о том, может ли человек, который не знал, что может стать донором, защитить свои права на то, чтобы не давать органы, когда его мозг не работает. При жизни человек должен дать согласие. При нынешней цифровизации возможно внести штрихкод в удостоверение личности, водительские права, что человек дал согласие и является донором. Тогда многие вопросы по защите прав медицинских работников будут сняты. Человек при жизни дал согласие, об этом имеется отметка в его документах. Тогда никто не будет обвинять медицинских работников в преступлении. Нужно просто внести в документ три строчки: быть донором; быть донором для жителей Казахстана; быть донором для жителей и вне Казахстана. Если он дал на это согласие при жизни, то снимаются все вопросы, – сказала А. Садыкова.

Также, по ее словам, еще есть нерешенные вопросы о смерти мозга.

– Если судебного медицинского эксперта спросить: человек при смерти мозга все еще является живым? Судебный эксперт скажет – да, он еще не умер, он живой. Тогда это эвтаназия. Это уже нанесение тяжкого вреда с летальным исходом и опять пострадают врачи. Почему они боятся заниматься сегодня трансплантацией? Потому что могут оказаться крайними при возбуждении уголовного дела. Чтобы этого не случилось, нужно широко информировать население. Также необходима социальная поддержка для тех людей, кто отдал свой орган. Это будет поощрением, и тогда люди будут смелее идти на этот хороший поступок, – резюмировала А. Садыкова.

К сожалению, хотелось бы отметить, что хотя всем желающим была дана возможность высказаться, некоторые представители общественности оказались не готовы к диалогу, и культура слушания перерастала в крики и взаимные обвинения. Поэтому сегодня, действительно, очень важным является фактор качественного информационного сопровождения данного законопроекта, чтобы с ним были ознакомлены все казахстанцы, имея при этом возможность корректно высказать свои доводы в поддержку или отвод проекта.

Нагашыбек БЕКДАИР

Комментарий