Тағдыр | Судьба

Доказывая свою невиновность

Бывший руководитель Национальной библиотеки РК Жанат Сейдуманов был обвинен в хищении 12 миллионов тенге и приговорен к семи годам ограничения свободы. О подробностях этого нашумевшего дела он рассказал корреспонденту «ЮГ». Бывший руководитель Национальной библиотеки РК Жанат Сейдуманов был обвинен в хищении 12 миллионов тенге и приговорен к семи годам ограничения свободы вкупе со своим замом С. Елемесовой и директором ТОО «Assylbek trade» А. Алихан. Несмотря на все попытки доказать свою невиновность с предоставлением соответствующих доказательств, судебная коллегия по уголовным делам Алматинского городского суда своим постановлением отказала осужденному в удовлетворении его ходатайств по апелляционной жалобе.

По словам самого Ж. Сейдуманова, в настоящее время он все еще продолжает биться за правду. О том, почему бывший глава Нацбиблиотеки РК считает, что был подставлен сотрудниками правоохранительных ведомств, и с чего начались его хождения по судебным инстанциям он рассказал корреспонденту «ЮГ».
– Жанат Турарович, вас обвинили в совершении преступления по ст. 189 Уголовного кодекса РК «Присвоение или растрата вверенного чужого имущества», приговорив к семи годам условно с пожизненным лишением права занимать должности на государственной службе и в органах местного самоуправления?
– Практически все, о чем я сейчас скажу, подкреплено соответствующими документальными фактами. Меня осудили на семь лет условно за якобы похищенные 12 млн тенге по результатам проведения международной литературной выставки Биеннале, состоявшейся в июне 2017 года. Хочу отметить, что данное мероприятие проводилось в рамках культурных программ Астана-ЭКСПО 2017. Главной задачей проведения Биеннале являлась демонстрация лучших достижений национальной литературы, пропаганда творчества писателей и поэтов, продвижение культуры нашего народа во исполнение поручений Главы государства. Мероприятия такого международного уровня в Казахстане не проводились с 1973 года. Но Биеннале был просто поводом для того, чтобы меня подставить. Началось все с элементарного шантажа и вымогательства со стороны высокопоставленных сотрудников Департамента национального бюро по противодействию коррупции г. Алматы, которые, если можно так выразиться, хотели посадить меня на «счетчик». Осудить пытались по четырем эпизодам, но самыми значимыми считались создание общественного фонда «агентство ISBN» (международный классификатор книг), а также привлечение инвестиций в Национальную библиотеку РК на сумму более 120 млн тенге вкупе с новейшим оборудованием, техникой и мебелью. Плюс ко всему против меня искали зацепки и со старой работы – Национальной книжной палаты, где уже проводились проверки ранее, но никаких компрометирующих доказательств так и не было найдено. Поняв, что найти хоть какие-то доказательства якобы совершенных мной преступлений не удастся, сотрудники Нацбюро по противодействию коррупции решили зацепиться за международный литературный Биеннале, куда были приглашены иностранные гости в составе 51 человека из разных стран мира.
– Не могли бы подробнее рассказать, как все начиналось?
– В октябре 2017 года к моему заму Салтанат Елемесовой пришли два сотрудника департамента Нацбюро по противодействию коррупции г. Алматы, представившиеся как Бекзат Урсаров и Тимур Орманов. Женщину пригласили на важный разговор в здание их департамента, где ее встретил начальник управления Болат Жылкыбаев, сообщивший о том, что на меня, Жаната Сейдуманова, имеется какой-то компромат. Для урегулирования этого вопроса он посоветовал ей, чтобы я связался с одним человеком, который в итоге запросил полмиллиона долларов. Как и ожидалось, обвинения были абсурдны, меня подозревали в том, что я обогатился за счет внедрения системы ISBN. В качестве доказательств мне по приложению WatsApp показали четыре страницы непонятного текста, о которых я вообще не имел никакого представления. После того, как были озвучены все условия урегулирования данного вопроса, я вылетел в Астану в Комитет национальной безопасности и попал к ответственному секретарю этого ведомства. По его же рекомендации обратился в алматинский городской департамент КНБ. Сотрудники ведомства проконсультировали меня о том, как себя вести на следующих переговорах, однако в силу странных обстоятельств, возможно, это была утечка информации, нам не удалось вывести шантажистов на чистую воду. Они ведь хотели встретиться со мной на конспиративной квартире, а сотрудники КНБ сказали мне, что нужно вывести их в людное место. Кроме того, в Департаменте Нацбюро по противодействию коррупции г. Алматы обо всем узнали, и вскоре следователь вызвал меня на допрос. Позже он завел меня к руководителю ДНБПК Алматы Ержану Ибраимову, который сказал мне, что я якобы запятнал честь их мундира и они вынуждены принять ответные меры. 26 января 2018 года ко мне приходит большая группа людей уже с официальным обыском. По оперативной информации, которая была основана на рапорте следователя, значилось, что на международный литературный Биеннале были приглашены 50 иностранных гостей, но на самом деле прибыло лишь 37. Учитывая мнимое отсутствие 13 участников, следствие заключило, что с нашей стороны могло быть хищение средств на сумму в десять млн тенге. Вскоре я узнаю, что дело в отношении меня было открыто еще 4 января 2018 года на основании простых рапортов сотрудника департамента Национального бюро по противодействию коррупции Б. Урсарова и следователя М. Парманова. Естественно, в ходе обыска я предоставил все документы сотрудникам следственных органов, включая чековые отчетности, фотоотчеты с самого Биеннале, а также списки, подтвержденные госорганами. Аналогичные отчеты мы предоставляли и другим министерствам.
Почему следствие заключило, что прибыло всего 37 делегатов?
– Для того чтобы выяснить, приезжали ли делегаты в полном количестве, достаточно было просто взглянуть на сам фотоотчет, который мы вели с мероприятия, и провести соответствующую экспертизу. Следователи выяснили бы, что все приглашенные гости – 51 человек – приехали в полном составе и участвовали на Биеннале. Но следователи просто забрали два экземпляра предоставленных мной фотоотчетов и флешку, где хранилась вся необходимая информация. Плюс ко всему они нашли на моем рабочем столе документы, которые не имели никакого отношения к рассматриваемому делу – это счета общественного фонда ISBN и другие бумаги. Когда мы поехали на допрос в полицию, мне в первую очередь задавали вопросы, касающиеся счетов международного классификатора книг ISBN. Сотрудник Арман Оразалин подходил ко мне лично и говорил: «Жаке, раскидай это дело, тебе что, в тягость?» Я ответил, что ничего ни от кого не скрываю, полиция все проверяла, у меня все законно и действовал я исключительно в правовом поле. Потом состоялся разговор с начальником Управления финансовой полиции г. Алматы Б. Жылкыбаевым, который сказал мне то же самое. Я напомнил ему о проверке, которую устраивали в отношении меня ранее, где никаких правонарушений не было найдено, но он ответил, что это не имеет никакого значения, и намекнул, что каким бы смелым я не казался, все равно они будут действовать против меня. Таким образом, давление на меня оказывалось еще несколько месяцев, от чего страдала как моя семья, так и замы по работе. Впоследствии мне пришлось обратиться к адвокату за защитой своих прав и интересов.
– Вы говорили, что можете юридически обосновать, что обвинения, выдвинутые против вас, безосновательны?
– Да, мы обосновывали это юридически не раз. Однако суд и следствие не хотят прислушиваться к нашим доводам и практически не дают никакой возможности утвердиться нашим аргументам. Все обвинения, которые выдвинуты против меня и моих замов, изобилуют абсурдностью и всевозможными прецедентами. Поскольку мне лично пришлось не раз столкнуться с открытыми разговорами и намеками на дачу взятки с гарантией урегулирования непонятно откуда взявшегося против меня дела, я убедился, что высокопоставленные чиновники смогли создать свою систему шантажа и вымогательства, которая всегда склоняла людей идти у них на поводу. В случае со мной они столкнулись с принципиальностью и им нужно было во что бы то ни стало меня сломать. Я не говорю, что я высокого мнения о себе, но мне не раз угрожали за мою принципиальность и говорили, что от меня откажутся мои братья, семья и друзья, что меня все равно сломают. Даже факт того, как проводилось следствие, тоже кажется странным. Чтобы доказать мою вину, следственные органы должны были связаться с каждым приглашенным иностранным гостем, однако никто этого не сделал. Хотя в XXI веке, думаю, это не так уж и сложно. Насколько мне известно, с юридической точки зрения, никто не может быть обвинен в правонарушении или преступлении до тех пор, пока его вина не будет полностью доказана, и доказать это должны следственные органы, но они почему-то решили обвинить меня просто так, без доказательств. По логике, если следствие захотело доказать мою виновность, они должны
были провести аудиторскую проверку, и только потом, если аудит выявит какие-либо нарушения, обвинить меня.
– Неужели не было никакого аудита?
– 5 января 2018 года одна аффилированная компания ТОО «Бизнес Аудит», по указанию следственных органов, начинает проводить аудит в Национальной библиотеке РК. И только 20 февраля дает заключение, в котором говорится, что им не были предоставлены никакие документы, подтверждающие расходы поставщика ТОО «Assylbek trade» на сумму в 21 млн тенге. Потом в материалах дела указывается фраза, на которой основывались заключения аудиторской компании, где говорилось, что те или иные выводы строились по представленным следствием документам. Но почему тогда компания, проводившая аудит, не обратилась за доказательствами к нам, в Национальную библиотеку РК или к поставщику ТОО «Assylbek trade» со своими запросами? Все обвинения строятся на показаниях одного специалиста Департамента внутреннего государственного аудита М. Юсуповой. Она утвердила не все документы, а только определенную их часть. При ее проверке также были
установлены грубейшие процессуальные нарушения. Она делала аудит только по тем документам, которые давало следствие. По ее утверждениям, мы, Национальная библиотека РК, должны были провести госзакупки на 17 989 360 тенге, но в нашем случае выиграла компания на сумму 29 999 992 тенге. Исходя из устного мнения М. Юсуповой, для того чтобы установить всю сумму хищения, достаточно просто вычесть из 29 млн 17 млн и следствие получит якобы похищенную сумму – 12 млн тенге. Хочу отметить, что 29 999 992 тенге – это сумма, по которой был определен победитель конкурса ТОО «Assylbek trade». Сумма, выделенная министерством на проведение Биеннале, составила 38 468 000 тенге. Если руководствоваться логикой следствия, то общая сумма хищения должна была составить свыше 20 млн тенге. При подсчете 38 468 000 минус 17 989 360 будет 20 478 640 тенге. При этом на суде было установлено, что сама М. Юсупова не учла 24 билета для иностранных гостей. Как это понимать? Неужели после этого у кого-то могут остаться сомнения в аффилированности компании?
– А что же суд?
– Мы очень надеялись на суд, но суд не принял наших сведений к вниманию. Кроме того, судом были неоднократно выявлены нарушения со стороны М. Юсуповой, например, когда шел подсчет тех же 24 авиабилетов. Допустим, приезжает гость из Каира, платит 2245 долларов, а Юсупова пишет 2245 тенге. Когда ее спрашивают, почему она так написала, она ответила, что просто забыла. Второй гость, приехавший из Финляндии, заплатил 545 евро, она также пишет в тенге. Также при подсчете авиабилетов, она считала билеты только в один конец, а обратные билеты не считала. Когда судья спрашивал ее, как она могла допустить такие грубые ошибки в подсчетах, М. Юсупова отвечала, что она тоже человек и могла что-то написать автоматически. На судебной экспертизе, которую назначил судья, был поставлен вопрос: на какую сумму Национальная библиотека РК должна была провести международный Биеннале. Общая сумма определялась, исходя из параметров на 50 человек с учетом авиабилетов, их транспортировки, гостиниц, питания и т.д. Институт судебной экспертизы за подписью трех специалистов дал заключение, что на пять дней мероприятия с учетом приглашенных гостей Национальная библиотека РК должна была объявить сумму в 38 млн тенге. Все эти суммы мы объявляли на едином электронном портале госзакупок. Здесь возникает вопрос: почему следственные органы определили сумму хищения сначала в 10 потом в 21 и 26 млн тенге? Потому что специалист департамента внутреннего государственного аудита Алматы взяла на вооружение постановление Правительства № 1428 «Об утверждении Правил о служебных командировках в пределах Республики Казахстан работников государственных учреждений, содержащихся за счет средств государственного бюджета, а также депутатов Парламента Республики Казахстан». То есть из расчета семь МРП на проживание в сутки и два МРП на питание для госслужащих и депутатов Парламента РК. МРП бралось с расчетом на 2017 год. В связи с такой ситуацией возникает еще один резонный вопрос: являются ли иностранные гости гражданами Казахстана, госслужащими или депутатами Парламента? Несмотря на этот абсурд, суд узаконивает свое постановление, отмечая, что данная норма распространяется и на иностранцев тоже.
– Кто был признан потерпевшей стороной?
– Суд первой инстанции пишет: «Вина Ж. Сейдуманова доказана показаниями потерпевшей стороны» – (Национальной библиотеки РК) в то время как потерпевшая сторона в том же приговоре отмечает, что мероприятие Биеннале было проведено на высоком уровне, претензий к Ж. Сейдуманову никаких не имеет и просит меня оправдать. Министерство культуры и спорта РК в своем письменном заявлении также говорит, что мероприятие было проведено на высоком уровне и претензий ко мне никаких не имеет. В приговоре суда говорится, что моя вина доказывается негласными следственными действиями, которые взяли санкцию с 9 января по 7 февраля 2018 года, а в материалы уголовного дела додумались включить стенограммы за ноябрь и декабрь 2017 года. При этом ни в одной из стенограмм нет ни слова против меня или доказательств, изобличающих меня в совершении преступления. Никаких переговоров или сговоров с поставщиком тоже нет. Мне вменили предварительный сговор и завышенную заявку на проводимое мероприятие. На чем основывается предварительный сговор? Якобы на том, что я лично подготовил бюджетную
заявку вместе со своим замом С. Елемесовой.
– Применяло ли следствие методы силового принуждения к вам и вашим заместителям?
– Помимо того, что мне и моим заместителям, а также поставщику инкриминировали хищение государственных средств на сумму 12 млн тенге, всех этих людей арестовывали, как террористов международного уровня. Например, едет мать двоих детей на своей машине, ее подрезают несколько служебных автомашин, из которых выпрыгивают люди в масках, вызволяют из автомобиля, наклоняют к капоту, надевают наручники и увозят. К другому моему заместителю также в два часа ночи сотрудники полиции врываются в дом, а бедная женщина – мать четверых детей, убегает с грудным четырехмесячным ребенком на улицу зимой. Им при задержании говорили лишь одно: «Дайте показания против Сейдуманова». Все мои сотрудники столкнулись с этим, но не сказали ничего, поскольку давать было нечего. На суде они плакали, потому что их держали по четыре-пять часов в следственных отделах и оказывали психологическое давление. Поставщиков же обвинили в том, что они не соответствуют квалификационным требованиям.
– Получается, у вас есть все доказательства, подтверждающие вашу невиновность, но вы не можете довести их до вышестоящих инстанций?
– Да. И мы готовы ответить за каждое свое слово. После оглашения приговора районного суда № 2 Бостандыкского района г. Алматы от 25 декабря 2018 года мы подали жалобу в апелляционную судебную коллегию по уголовным делам, где выступали шесть человек, включая моего адвоката. Но суд, даже не приняв к сведению наших доказательств, в течение 10-15 минут выносит свое решение. Мы готовы показать каждый пункт в своей кассационной жалобе, где можно увидеть массу нарушений, допущенных при проверках и следственных мероприятиях. Выходит, что я виноват только из-за того, что старался поднять имидж Национальной библиотеки РК. Мне даже вменяют в вину тот факт, что я привлек туда инвестиции в сумме 120 млн тенге. На следствии мне задавали вопросы, почему я так заинтересован был привлечь инвестиции? И тут же отвечали, что якобы я имел оттуда деньги.

Мирфаик АЛИЕВ, адвокат Ж. Сейдуманова:

– Думаю, указанное дело является ярким примером игнорирования доказательств и доводов защиты, а также темной страницей в истории правосудия Республики Казахстан. Нарушения по уголовному делу заключались в незаконной регистрации, собирании доказательств, вынесении приговора. Внесенные изменения в Уголовно-процессуальный кодекс РК запрещают регистрировать заявления и рапорта, основанные на неисполнении гражданско-правовой сделки, а также без аудиторского заключения или соответствующего отчета. Уголовное дело в отношении моего подзащитного в нарушение ст. 179 УПК было инициировано ввиду неисполнения гражданско-правовой сделки и без заключения уполномоченного органа. При этом сведения о якобы неисполнении сделки были получены в результате негласных следственных действий, осуществляемых без санкции суда и прокурора, а понятыми по делу выступили несовершеннолетние лица. Суд назначил экспертизу для устранения всех сомнений по делу, но выводы трех экспертов, оправдывающих подзащитного, остались для суда незамеченными и им не дана должная оценка. Повязка на глазах Фемиды не позволила ей увидеть две экспертизы, полностью оправдывающие невиновного, заключения специалистов и аудита, пояснения и письма, а также нормы законодательства РК. К примеру, основанием для вынесения обвинительного приговора послужило содержание Правил о служебных командировках в пределах РК работников государственных учреждений, содержащихся за счет средств государственного бюджета, а также депутатов Парламента, утвержденные Постановлением Правительства № 1428. Эти Правила из серии вопросов: Кто написал роман Достоевского «Преступление и наказание», а именно название вопроса само раскрывает ответ. Каждый студент юридического вуза, юрист, прочитав название Постановления Правительства № 1428, с уверенностью скажет, что указанные правила распространяются лишь на работников государственных учреждений, содержащихся за счет средств государственного бюджета, а также депутатов Парламента и какого-либо отношения к встрече иностранных гостей не имеют. Суд по неизвестным нам причинам посчитал иначе. В Нормативном постановлении Верховного Суда РК от 20 апреля 2018 года № 4 «О судебном приговоре» регламентируется, что, приводя доказательства в мотивировочной части приговора, суд не должен ограничиваться перечислением и приведением их содержания, он обязан сделать их всесторонний анализ, дать оценку всем доказательствам, как уличающим, так и оправдывающим подсудимого, как подтверждающим выводы суда, так и противоречащим этим выводам. Уголовнопроцессуальный кодекс также не позволяет без достаточных и неопровержимых доказательств признавать виновным человека. Одним из запомнившихся мне с университета высказываний являются слова знаменитого французского моралиста Жана де Лабрюейра о том, что «Наказанный преступник – это пример для всех негодяев. Невинно осужденный – это вопрос совести честных людей». Нам с вами остается надеяться, что проводимая на постоянной основе судебная реформа в конечном итоге позволит исключить факты привлечения к ответственности невиновных.

Бахтияр ТОХТАХУНОВ

Комментарий